Пария

Но и без его подсказок понимала, что мне нельзя ни в коем случае покидать школу. И дело не в том, что я не доверяла Хорну, не в том, что он вызывал у меня безотчетный страх. Дело в том, что для полноценной работы я слишком мало знаю. Это я ему и сказала, вместе с извинениями.

– Что ж, – судья медленно прохаживался вокруг меня, осматривая со всех сторон, – я спрошу тебя еще раз. Позже. Надеюсь, услышу другой ответ.

В его голосе я услышала скрытую угрозу.

– Я буду учиться изо всех сил, арий Хорн, – искренне произнесла я, стараясь выглядеть безобидной и наивной.

Судья подошел вплотную и ласково потрепал меня за щеку, как маленькую девочку. На меня пахнуло тонким ароматом дорогих духов. Приятный запах, но меня опять передернуло, и волоски на коже встали дыбом. Я изо всех сил заставила себя стоять неподвижно и дышать через раз.

– Можешь идти, Дениза, – раздался холодный голос директора.

Я еще раз поклонилась и выскользнула из кабинета, облегченно выдыхая.

Верховный судья выглядел смертельно опасным. Может, он мне не нравился, потому что отправил моего отца на казнь, может, пугало его красивое лицо и странная манера разговора растягивать слова, но интуиция кричала держаться от него подальше.

Из подслушанного разговора я поняла, что арий Китеп меня не отдаст. Пока не закончу школу, я неприкосновенна. Значит, еще четыре года в запасе у меня есть. А там или верховный забудет обо мне, и я перестану быть ему интересна, или выучусь защищаться так, чтобы меня не мог никто обидеть.

***

Билет я купила во второй класс, с дрожью вспоминая прошлую недельную поездку в третьем. Немного успокоившись на счет денег, поняв, что зарабатывать могу, позволила себе шикануть. Новый кожаный чемодан, купленный у тех же контрабандистов, вместил подарки, грамоту (похвастаться Марте) и сменную одежду. Вместе с прелестным летним платьем с широким поясом, в котором спрятала два золотых и двадцать серебряных монет, он превратил меня в приличную девушку среднего сословия, дочь торговца или служащего.

За десять серебряных мне достался отдельный закуток в вагоне, огороженный невысокими перилами, по пояс высотой. Там стояло кресло с откидной спинкой и крошечный столик. Таких закутков в вагоне было двадцать. Первый класс предусматривал отдельное купе, но стоил целый золотой до конечной, куда я ехала.

«Очень даже неплохо», – подумала я, устраивая чемодан под стенку. На столик выставила кусок пирога и бутылку с водой, купленные на вокзале. А чтобы не скучать в дороге, взяла с собой несколько тетрадей с лекциями. Рядом, за стенкой копошилась соседка, немолодая женщина, ехавшая к свекрови, которая приболела. Мы с ней немного пообщались на перроне. Я назвалась Денизой Крейгон, дочерью владельца ювелирного магазина в Шалире.