Печать мастера. Том 1
Грядет Смутное время. Жрица Нимы предсказала падение нынешнего императора и всего клана Фениксов. Менталисты носят на шее рабское клеймо, как скот, и считаются самым драгоценным товаром. Маги безрезультатно пытаются возвести первую портальную арку.…а безродный ученик каллиграфа не следит за политикой. Он берется за любую работу, чтобы не голодать, и хочет только одного – рисовать.Стать Мастером, создать картину, равную работам художников древности и поставить на нее свою печать.Приквел к циклу "Блау". Действие происходит примерно за тысячу шестьсот зим до событий в томе 1.
– За борт!
– Теперь ты следишь за порядком, – ткнул он в оставшегося мужика, который растерянно смотрел на тело. – Убрать здесь все!
– Он тоже – прохрипел Коста. – Девять фениксов, – произнес он в спину того, кто был главным. – Девять фениксов! Вы потеряли за вчерашний день, они убили старика и женщина… может не выжить. Восемнадцать – вы потеряли за последнюю декаду – из трюма вынесли шестерых…"
"Тот, кого надзиратели назвали “Старшим” – обычный наемник в форме без знаков отличия – молча развернулся к нему. Кнут заплясал по палубе.
– За две декады до Аль-джамбры – вы потеряете шестьдесят, – шестьдесят фениксов, – повысил голос Коста.
Сзади кто-то ахнул, выругался и сплюнул. Работороговец слушал его молча.
– Ещё пятнадцать фениксов вы потеряете к утру… Алтарные жертвы в Аль-джамбре стоят пятнадцать? У него закатный шестой круг! Полный, – торопливо добавил Коста. – Но он не доживет до утра, потому что ему не хватало воды – он ткнул пальцем во второго, оставшегося в живых из “четверки”.
– Заткнись! – отмер мужик и привстал коленях. – Он все врет, господин, он все врет… – его заткнул свист кнута.
– Пусть говорит.
– Эти четверо все вместе стоят не больше тридцати фениксов, даже если продать их по частям, они не принесут столько, сколько товара уже испортили…И испортят, – добавил Коста мстительно.
– Заткнись тварь…
Кнут свистнул ещё раз, и бугай упал на палубу.
– Если ты врешь…
– Я не вру… – прохрипел Коста. – В трюме есть раненый. Шестой закатный. Умрет до утра.
Косте не дали договорить, дернув за шкирку и потащили вниз.
– Он всё врет! Господин! Он все врет! Спросите сами!!!
****
В трюме люди сгрудились к двум дальним стенкам, сбившись в кучи, как крысы.
Косту запнули внутрь, и он не удержался, упав на колени.
– Кто раздавал паек и воду?
– Господин, – двое бугаев рухнули на колени, – делали все как приказано и…
Их заткнули двумя ударами кнута.
– Сколько умерло за вчера? А последнюю декаду? Это они убивали?
Молчание.
– Он все врет, – выкрикнул один из мужиков, прижимая к себе руку. – Умерли раненые… не тронули никого… Мы выполняли приказы… А этот, – мужик ткнул в Косту, – подбивает людей на бунт… бунтовщик!!!
– Бунт? – к нему обернулись.
Коста стоял на коленях и смотрел – и каждый, с кем он встречался взглядом отводил глаза.
– Хорошо следили… – тихо выкрикнул кто-то из толпы. – И кормили, – добавили совсем тихо.











