Печать мастера. Том 1

На заднем дворе лавки было пусто – ни души – звать бесполезно, и Коста почти вытащил голову обратно, убедившись, что через задний двор есть сквозная калитка-выход на другую улицу, но его внимание привлек оттенок сочной зелени на снегу.

Орнамент, который он мог бы повторить с закрытыми глазами прямо сейчас. Его – рисунок.

Вторую доску Коста раскачивал пару мгновений, стянул полушубок, чтобы протиснуться в дыру и порадовался тому, что так мало ел. Стараясь ступать только по метенным дорожкам, чтобы не оставлять следов, перепрыгивая с плитки на плитку, он пересек двор.

Коста потрогал пальцами ткань – те самые. Рулоны были свалены не аккуратной горкой без навеса, занесенные снегом. Часть орнамента уже поплыла и стекла вниз, замерзнув потеками. Раз, два, три…девять. Все. Все, которые он разрисовал. На роспись которых он потратил три декады пути в обозе.

И которые торговец планировал выгодно сбыть в Хаджере.

Справа – составленные в аккуратный ряд, чтобы не мешали ходить, под снегом стояли мешки с солью. Шесть из десяти, которые везли сюда. Четырех не хватало.

Коста попытался рассмотреть, что стоит далее, но за оградой что-то скрипнуло, и он сорвался с места, петляя по плиткам, пролез обратно, ободрав руку и приставил доски обратно.

* * *Дома ему влетело. Дважды. За оцарапанную руку – “главное достояние каллиграфа”, и за то, что вообще открыл рот спросить про торговца. Коста даже не успел ничего рассказать.

– Вопрос уже решен, щенок! Твоя работа чертить карты – вот и черти! Сделал только четверть! – ругался Наставник.

Коста обиделся – он сделал не четверть, а треть!

Он сам ещё раз сходит к торговцу и сам узнает, почему его рисунки гниют под снегом.

Весь вечер в комнате под самой крышей горел свет. Коста – рисовал, спешно набрасывая на пергаменты все, что успел запомнить этим вечером, каждую деталь: спину дочери торговца, старые улочки, дом, задний двор, рулоны под снегом, мешки с солью…

…а утром они поругались ещё раз.

* * *Конец пятой декады с момента начала “зачистки”, второй день отдыха перед следующим спуском

– Не могу больше! Хватит! – кисть отлетела в угол стола, забрызгав чистые бесценные пергаменты тушью.

И у него тряслись руки так, что штрихи выходили неуверенными и неровными.

Коста вытянул пальцы вперед и усилием воли, сделав несколько глубоких выдохов, попытался погрузиться в “созерцание” – снег за окном, шпили вдалеке, развевающиеся штандарты, прямые улочки… но пальцы дрожали все сильнее, и что-то темное внутри, горячее, застилающее глаза алым маревом поднималось изнутри. Он начал дышать рвано, с присвистом, пока просто поднялся, отбросив стул в сторону.

– Хватит!!! – выдохнул он задыхаясь.