Пассажир без багажа

Их провели в торговый зал, где на полу остались наспех затертые пятна крови, и попросили сесть и подождать. Следователь расположился в фотолаборатории. Стол очистили от фотобумаги и реактивов, поставили еще один стул. Туда по одному проходили сотрудники.

Первой вызвали Татьяну Робертовну. Та вернулась через пятнадцать минут, но тем, кто ее ждал в зале, показалось, что прошел целый час.

– О чем вас спрашивали? – беспокойно спросил Борис.

Милиционер, появившийся в дверях, помешал ему выслушать ответ, попросив пройти к следователю. Когда мужчины ушли, Татьяна Робертовна достала из сумки носовой платок.

На ее лице виднелись следы слез.

– Несчастная девочка, – мягко сказала она. Никто не стал ей напоминать, что еще этим утром она поносила «несчастную девочку» последними словами. – Бедный ребенок! И кому она что сделала?!

– Выйдите на улицу, вам же сказали, – в дверях показался милиционер. – Почему вы сюда вернулись?

– Вещи забыла, – резко ответила та и взяла со стула сумку. – Ладно, иду. Я вас во дворе подожду, – обратилась она к коллегам и ушла, продолжая бормотать: – Несчастный ребенок…"

"После ее ухода женщины даже не решались переговариваться.

На всех давила гнетущая, необычная в это время дня пустота торгового зала, пятна крови на полу. Надя шаркнула подошвой, и от этого звука женщины вздрогнули.

– Как она умерла? – сипло спросила Наташа.

– Не знаю. Смотрите, сколько было крови…

– Я не выдержу, – Наташа поднесла ладони ко рту. – Меня вырвет… Я не могу на это смотреть.

– Смотри на потолок, – резко ответила Надя. – И не думай, что только тебе тяжело!

Они снова замолчали. В зал заглянул милиционер:

– Надежда Дынга!

Надя встала и быстро, будто ее подгоняли, вышла.

Ирина проводила ее затравленным взглядом:

– Почему нас вызывают по одному? Когда убили Елизавету, мы все сидели вместе, здесь же…

– Не знаю. Может, потому что теперь стали подозревать кого-то из нас.

Ирина вздрогнула:

– Как ты считаешь, Бориса больше всех подозревают?

– Кто знает… Он остался с Леной, это мы все видели…

– Но ты ведь не веришь, что он мог убить девочку?

Наташа покачала головой:

– Ира, я понимаю, тебе тяжело. Ты ведь с ним была вроде как…

– Ничего у нас не было! – выкрикнула Ирина.

 – Ничего! Мы только подыгрывали друг другу, изображали любовь… Но на самом деле, у нас ничего не было! Я не захотела! Он какой-то… Несерьезный.

Она запнулась, сжала руки и воскликнула:

– Он не мог этого сделать!

Наташа попросила ее успокоиться. Следующей вызвали ее. Ирина осталась в зале одна. Она встала, обняла себя за локти, будто ей было холодно. Прошлась по залу, пару раз поскользнулась и едва не упала – от мыльной воды пол стал скользким. Ей казалось, что ее не вызывают очень долго.