Первый...

 — Почему ты мне отказываешь? Бережешь себя для своего друга?

— Может быть. Или, возможно, я отказываю тебе потому, что ты мне просто не нравишься. Такой вариант ты не предполагал? — буркнула, собираясь отойти в сторону, но Кириан меня остановил. Положил ладонь на талию и придержал.

Ткань майки была слишком тонкой, из-за чего я так отчетливо чувствовала ладонь Кириана, сейчас находящуюся у меня на талии. Какая же она у него огромная. А еще грубая, но так же до невозможности горячая.

— С тобой столько проблем."

"— Это еще каких проблем? — буркнула и попыталась отойти в сторону, но Кириан сделал шаг вперед и буквально вдавил меня в стену.

Нет, мы не прикасались друг к другу, но Агеластос стоял слишком близко и само его присутствие очень сильно давило. — То, что я не согласна отдаваться тебе? О, да, это прямо колоссальная проблема. Но, знаешь, в данном случае мне нравится быть проблемной.

— Ты зажатая.

— Неправда.

Кириан приподнял один уголок губ, а потом опустил свою ладонь немного ниже, буквально кончиками пальцев сбоку проникая под пояс моих джинсов. Он не касался никаких интимных участков тела, но почему-то я ощутила себя так, будто от ладони Агеластоса исходили электрические разряды, вмиг прошедшие по всему телу и как-то странно собравшиеся в некоторых местах.

Кириан провел большим пальцем по коже, вызывая новую волну дрожи и, наклонившись, своими губами прикоснулся к моим. Очень короткий поцелуй и слова сказанные мне в губы:

— Я же сказал, что не обижу. Сразу расстегивать ширинку не буду, — он еще раз поцеловал, а я дернулась так, словно уже теперь губ касался раскаленный метал. Щеки пылали и я ощущала себя так, словно меня бросили в костер.

— Тогда, что ты собираешься делать? — почему-то голос прозвучал слишком тихо.

— Потрогать тебя хочу.

— И променяешь это на месяц моего рабства? — я криво улыбнулась, стараясь скрыть мысленный ураган, сейчас рвущий мое сознание на куски.

Что вообще означало «потрогать»? Кириан сейчас прикасался ко мне и, в принципе, это было не так ужасно, как месяц рабства. Особенно, если учесть то, что нас могли найти в любой момент и после этого я буду полностью свободна.

Осознав, что уже теперь всерьез задумывалась над предложением Кириана, я мысленно влепила себе очень сильный подзатыльник, но, проклятье, думать об этом не перестала.

— Я предпочитаю выбирать то, что на данный момент интересует меня больше всего.

— А потом? Ты действительно не будешь трогать меня, после того, как мы выберемся отсюда?

— Да. Я уже говорил — после этого делай все, что хочешь. Новая сделка не выходит за пределы этого подвала.

Я сделала несколько глубоких вдохов и попыталась собраться с мыслями, но рука Агеластоса, все так же лежащая у меня на талии мешала сосредоточиться.