Первый...

Его у меня точно нет, раз я вообще согласилась на сделку с тобой, — я отвела взгляд в сторону. — Хотя, может, тут воздух плохой и у меня просто помутнение рассудка.

— Я сейчас смотрю на тебя и мне кажется, что это я двинулся головой, — Кириан немного сильнее сжал мои волосы и, убирая вторую ладонь от талии, скользнул ею выше, а потом, пальцами поддел очки и снял их.

— Отдай. Я почти ничего не вижу, — зашипела и попыталась забрать очки, но у меня ничего не получилось.

— Почему ты не носишь линзы?

— Не люблю их, — ответила вместо рвущихся — «не твое дело».

— Зря. Без очков из тебя могла бы получиться более-менее нормальная девушка.

— К сожалению, нет обстоятельств, при которых ты мог бы стать нормальным парнем.

— Осторожнее, Очкарик. У меня все больше и больше желания занять твой рот другим делом.

— Ты предлагаешь поесть? — непонимающе переспросила, но, если честно, уже была голодна.

— Да, я могу тебя накормить.

Я плохо видела лицо Кириана, но мне почему-то показалось, что он оскалился. К чему бы это?

— Ты такая глупая.

— А ты грубый, ненормальный, моментами агрессивный, не считающийся с другими людьми, имеющий ужасный характер и извращенные повадки, не знающий, что такое нормы приличия…

— Все?

— Нет.

Я просто дыхание переводила, — отрицательно качнула головой. — Ты…

— Молчи, Очкарик. Начинаешь бесить.

— Взаимно, — мгновенно ответила.

Кириан запрокинул голову и сделал глубокий вдох. Кажется, я его разозлила.

Кириан пальцами стиснул мой подбородок. Сделал это с такой силой, что даже челюсть заныла, благодаря чему я поняла — он действительно зол.

— Очкарик, — Агеластос рыкнул и вновь накрыл мои губы своими.

Поцеловал так, что это даже было больно и, в тот же момент, эмоции вновь ударили по мне сокрушающей волной и я забыла, как дышать, но в одно мгновение была прижата к Кириану. Уже казалось, что он не целовал, а пожирал мою душу и я окончательно теряла саму себя. Так дико. Тело покалывало и я не понимала саму себя, но так же ощущала нечто странное в Агеластосе. То, что осознать не могла, но отдаленно улавливала, что нечто такое ему не свойственно. Что же это было?. .

Сердце забилось, словно обезумевшее и я задрожала. Сознание постепенно начинало покрываться туманом, но той частью разума, которой еще не коснулся дурманящий дым этих ощущений, я понимала, что не должна так реагировать на Кириана. Мне стало страшно и в голове нечто панически закричало — тебе следует убегать от него, но разве я могла? Нет. В это мгновение я не была в состоянии даже пошевелиться.

— Кириан… — осипшим голосом прошептала его имя, как только Агеластос отстранился от меня.