Первый...

Стоило мне лишь задуматься над тем, почему Гатис так настойчиво пытался связаться со мной, как парень вновь мне позвонил.

— Наконец-то ты ответила. Я уже начал переживать.

— Извини. Телефон был на беззвучном, — я как раз застегивала куртку, собираясь выходить из дома. — Я не видела, что ты звонил.

— У тебя что-то случилось? Тебя не было на учебе.

Я сразу ничего не ответила, так как доставая из шкафа свою шапку, случайно в зеркале увидела шею, а так же проявившийся на ней засос.

Широко раскрыв глаза, я ладонью потерла покраснение и мысленно прокляла Агеластоса.

Какого черта он сделал? Черт возьми, я была готова убить Кириана.

— Чара, ты меня слышишь? — спросил Иерон, так и не получив от меня ответа.

— Да… — растерянно пробормотала, продолжая тереть шею ладонью и царапая кожу короткими ногтями. И что мне делать? Когда вообще это покраснение должно исчезнуть? — У меня появились дела, поэтому я не смогла приехать в универ. Слушай, я спешу. Давай немного позже поговорим.

Иерон предлагал подвезти меня до кофейни. Для этого нужно было подождать его минут двадцать, но я решительно отказалась и, больше ничего не говоря, прекратила разговор, после чего побежала на кухню за табуретом.

Поставив его около шкафа, я дотянулась до верхних полок и достала шарф, который обмотала вокруг шеи.

Именно в нем я и проработала свою смену в кофейне. Да, я понимала, что смотрелась нелепо, но, если честно, метка оставленная Кирианом, заставляла меня смущаться. Мне не хотелось, чтобы ее кто-то видел.

— Ты простыла? — Иерон, увидев мой шарф, приподнял бровь. Сегодня он опять приехал в кофейню, но на этот раз в компании нескольких друзей из универа.

— Немного, — пришлось солгать.

— Зачем ты приехала на работу? Позвонила бы и сказала бы, что заболела.

— У меня лишь немного першит горло, — я отрицательно качнула головой и достала блокнот, собираясь записать заказ парней, но Гатис сказал, что я могу идти переодеваться. На сегодня работа закончена.

Все мои возражения были проигнорированы и уже вскоре даже администратор сказала, что я могу ехать домой. Более того, она на этом настояла.

А ведь я хотела поработать. Это хорошая возможность отвлечься и не думать про Кириана, но из-за своей лжи про простуду я была вынуждена пойти обратно переодеваться, а выйдя на улицу, я заметила, что меня уже ждал Иерон.

— Садись. Я тебя подвезу.

— Я могу на метро доехать, — возразила. — Станция не так далеко и сейчас еще светло.

— Ты болеешь, — Иерон открыл дверцу своей машины. — Тебе может стать хуже.

Мои нелепые возражения о том, что я не болею и все ухудшение здоровья проявляется лишь першением в горле, были проигнорированы и, в итоге, тяжело вздохнув, я все-таки села в машину.