Первый (СИ)

Пока есть возможность ухватиться за шанс получить полноценную семью, где папа будет рядом, чтобы наблюдать за развитием нашего малыша — я буду делать то, что делаю. Всё, что в моих силах. И плевать я хотела на то, что сейчас Андрей трахает тебя. Ты — это временное явление. Я и наш ребёнок — это навсегда.

Аля срывается с места и на всех парах несётся в уборную.

Мои щёки снова горят. Это хуже, чем пощёчины. Захлёбываюсь. Тону в унижении и боли.

Проходит чуть больше минуты, прежде чем я решаюсь уйти. Поднявшись с дивана, оставляю на столе несколько новеньких купюр.

Разговор окончен. Я не знаю, что ещё сказать Алине. Да и ей мне уже, должно быть, тоже нечего. Поэтому покидаю заведение и быстрым шагом перехожу улицу. За углом вызываю такси и направляюсь домой.

* * *Андрей возвращается после тренировки раньше обычного. Он целует меня в губы, идёт в душ. Я по инерции делаю всё то же, что и всегда. Достаю из спортивной сумки сменную одежду, сую её в стиральную машину.

Дальше — следую в прихожую и совершаю то, что категорически не должна. Открываю портмоне, проверяю маленький кармашек, а затем тот, что побольше."

"Как я и думала — снимок УЗИ находится именно там.

Делаю вдох-выдох. Фокусирую взгляд. На снимке почти ничего непонятно, но слёзы отчего-то жгут щёки.

Да, определённо, Андрей будет самым лучшим отцом для своего ребёнка.

Глава 57

Набрав номер Андрея, слышу в динамике раздражающие длинные гудки. Через пять минут они и вовсе сменяются монотонным голосом оператора, который сообщает, что абонент находится вне зоны доступа сети.

Прекрасно.

Оставив ужин на столе, иду в спальню и сажусь за ноутбук. Нужно успеть подготовиться к завтрашнему докладу, но мысли уплывают в иную степь. Они абсолютно не о медицине. Уже которую неделю, чёрт подери.

Рука снова тянется к телефону. Я одёргиваю себя и впиваюсь глазами в текст. Буквы прыгают, не желая складываться в предложения и слова.

Верить, верить, верить — напоминает внутренний голос.

Боже! Да я пытаюсь! Тем более Андрей просил, и ни разу не давал ни единого повода. Но ситуация накаляется с каждым днём и достигает критического максимума. Это когда всё светится красным, и срабатывает тревожный сигнал. Не уверена, что если Андрей прямо сейчас вернётся домой, то я буду умненькой и ни разу не сорвусь. Больше не получается. Мы стали чаще заводиться, кусаться и жалить друг друга. Примирение наступает сразу же — горячее и неутомимое, но осадок всё равно остаётся.

Закрыв ноутбук, я поднимаюсь из-за стола и начинаю нервно расхаживать по комнате, заламывая руки. Телефон молчит, вера гаснет — хватает лёгкого дуновения ветерка.

Я ведь далеко не железная. Оказывается, очень даже эгоистичная и вполне себе собственница. И чем дальше, тем сильнее проявляются все эти качества.