Первый (СИ)

Затем долго просматривает документы, изучает. Судя по всему, из-за травмы с ним разрывают какой-то рекламный контракт.

— Ты пока читай-читай, — шепотом произносит менеджер. — Что неясно — позже спросишь. А я наведаюсь к твоему лечащему врачу. На пару секунд, Андрей.

Я чувствую себя неловко. Наверное, правильно будет уйти и оставить мужчин один на один. Но тогда почему Бакурин сам меня об этом не попросит?

— Спасибо, что не выдал, — тихо обращаюсь.

Андрей отрывает взгляд от текста, заинтересованно на меня смотрит. Я прекрасно понимаю: если бы Кирилл узнал, что на самом деле перед ним находится девушка, которая лишила его баснословных гонораров, он бы не был столь приветлив.

— Переживаешь, что меня обидят? — спрашиваю с шутливыми интонациями.

Гонщик слегка усмехается и возвращает взгляд к бумагам.

— Всё проще. Хочу обижать тебя единолично.

Глава 9

Кирилл Наумов приходит к Андрею и в воскресенье, и в понедельник. Каждый раз с плохими новостями и ворохом документов. И когда я вижу его на пороге, то мысленно выталкиваю прочь, потому что он всё портит.

Без него почти хорошо. Точно лучше. После его ухода у моего гонщика напрочь портится настроение. Оно эхом передаётся и мне.

В разговоры мужчин я не вслушиваюсь, но порой невозможно игнорировать высокий тон и жаркие перепалки, хотя я и пытаюсь отвлечься с помощью телефона и социальных сетей. Андрей непоколебим, а Кирилл пытается его сломить. Постоянно что-то требуя и манипулируя.

Внешне менеджер казался мне приятным, но чем больше я узнавала его, тем сильнее он мне не нравился. Правда, Бакурин работал с ним последние девять лет. И весьма успешно."

"Иногда я не выдерживаю накала и выхожу на улицу, несмотря на то, что Андрей меня не прогоняет. Брожу по парку, сижу на скамейке и всматриваюсь в лица случайных прохожих.

Возвращаюсь, когда точно убеждаюсь в том, что Кирилл уехал на своем новеньком Порше с территории больницы.

— Как дела? — интересуюсь у Андрея.

— Всё херово. Ничего нового, — обыденно жмёт тот плечами.

Внутри всё сжимается от его тона и настроения. Я прячу за спиной мороженое и прошу Бакурина угадать, в какой руке оно находится — так сильно хочу его порадовать, но абсолютно не знаю, как и чем. Слова точно лишние, а действия уже сделаны и, к сожалению, необратимы.

Гонщик сопротивляется, но больше для вида. Вытягивает шоколадное эскимо с глазурью, ест со мной за компанию. Возможно, ему нельзя, но если чуть-чуть — то можно, правда?

Буквально вчера, прогуливаясь по парку, я встретила санитарку, которая трудится в отделении. Она нянчила внука, играла с ним в прятки. Позже мы присели на одну и ту же скамейку, разговорились. Я по секрету попросила её признаться, выбрасывает ли Андрей мою еду в мусорное ведро. Женщина удивилась и уверенно ответила, что нет.