Пятьдесят оттенков синего

 – Мама иногда заставляет что-то съесть, но ей это не часто удается.

– Обещай мне, что сегодня ты нормально поешь, а вечером ляжешь спать.

– М-м-м…

– Не «м-м-м», а сделаешь как сказано!

Мы еще долго говорили о всякой ерунде, по большей части прижимаясь друг к другу и наслаждаясь нашей близостью, общением. А потом я услышала вопрос, которого давно ожидала:

– Алена, контролю еще не позволено тебя расспрашивать… Как ты оказалась в камере с вирусом, да еще и вколов себе иммуностимулятор?

Я видела, что Алексей боится ответа на этот вопрос, но не понимала, почему.

– Я пришла в Центр, потому что мне пришло от тебя сообщение, что ты меня там ждешь. А в итоге получила по голове. Если соотнести эти события с твоим рассказом, то получается, что она связалась с тобой сразу после этого. У Инги было мало времени на осуществление своего безумного плана, все должно было завершиться до утра.

Руки Леши сжались в кулаки, но слушал он молча.

– Она мне все рассказала, едва я начала расспрашивать. Инга рассчитывала взять с нас отказ от претензий и деньги, но в то же время понимала, что твой род не позволит ей после такого поступка спокойно жить. А значит, в той лаборатории должны были оказаться и ты, и я, чтобы можно было представить все как несчастный случай. Вот я и решила, что уж лучше я и она, чем ты.

– То есть ты сама… – потрясенно выдохнул драг и, вскочив, заходил по комнате. – Ты подвергла свою жизнь опасности только из-за того…

– Чтобы спасти тебя, – закончила я. – И поступила бы так снова, несмотря ни на что.

– А я не могу смириться с тем, чтобы ты так поступала. Значит, придется исключить из твоей жизни любые провокации. Так что берегись!

Я улыбнулась. Забота – это не то, чем можно напугать влюбленную женщину.

В первый же день после того, как разрешили массовые посещения, меня навестили подруги. Они зашли дружной гурьбой в палату и замерли, косясь на сидевшего у моей постели Алексея. Тот, поцеловав меня, оставил нас одних.

– Как ты? – бросилась ко мне Ара, на ее глазах блестели слезы.

– Со мной все уже хорошо, не переживай.

– Эх, если бы я добралась до этой Инги, я бы так нарушила ее личное пространство, она бы век меня помнила! – злилась Мира.

– Не вздумай! В твоем-то положении! – возмутилась я.

– А я еще попрошу Аша повлиять на это дело, чтобы, когда оно перейдет к «Пятерке», картина была мрачнее некуда, – не осталась в стороне Нара.

Посмотрев на подруг, я лишь счастливо улыбнулась и сказала:

– Девочки, я так вас люблю!

Время до выписки тянулось безумно медленно. Минуты казались часами, а дни – годами. Приходили люди из контроля и подробно расспрашивали о том, что произошло. Ненадолго забегал Ашас, рассказывал, как продвигается расследование.