Пилот

По понятным причинам. В моду вошел английский. И нонешняя кубинская молодежь по-русски говорить не способна. А эти говорят. И чего бы это значило? Может, и ничего. Может, их мамы научили? Но сомнительно мне. Обижались кубинцы на нас, на россиян, сильно. За предателей почитали. Кстати, о предателях-россиянах:

– Ты не прав, Рафаэль. Причем тут русские? Фиделя предали те же люди, что предали и самих русских.

Тут они слегка заспорили, перейдя на испанский, а я понаблюдал за их спором и выводы кое-какие на ус намотал. И сам себе думу думаю. Воображаю себе, как сижу в Порто-Франковской авиагопкомпании и рассказую приключения свои.

Дохожу до этого места, повествую в красках о кубинских гангстерах из Нью-Рино и доказываю народу, что никакие они не гангстеры, а просто прикидываются гангстерами. А так – они вовсе белые и пушистые зайчики. Однако вот настоящие гангстеры в Нью-Рино кубинцев за истинных гангстеров принимают и ничего такого бело-пушистого за ними не замечают. То-то смеху народу наделаю.

Убедительно прикинуться бандитом способен только бандит. Хотя… еще ребята из СС, пожалуй, могут. Спец Службы – они такие.

Они при надобности кем хошь прикинутся. Итак, сведем свои наблюдения в систему. Кубинцы говорят по-русски. По крайней мере, многие из них. Кубинцы говорят, что они не гангстеры вовсе, а Санта Клаусы. Мне говорят. Не стесняясь и не опасаясь, что стану разбалтывать их страшные тайны. Врут, однозначно.

Далее, не чую я в них бандитской вольности. Что-то не заметил я в их взаимоотношениях никакой суровой пиратской демократичности, никакой лихой казацкой вольницы, а вот неявные следы армейской субординации для привычного глаза приметны.

Вывод. Если они бандиты, то с армейским прошлым. Если из бывших прапорщиков сколотить бандформирование, так они, пожалуй, строем ходить станут. Потому как умные. Кубинские эмигранты с армейским прошлым, знающие русский язык… Что бы это значило, мои маленькие радиослушатели? Ну, милые, поднапрягите извилинку! Что у нас выходит? Кубинская военная разведка? Очень даже может быть… Нате вам конфетку, мои умненькие! Ответ засчитан.

Вопрос – оно мне надо? Что бандюганы, что спецназеры… хрен редьки не слаще… один хер в блудняк втянут. А у меня вот – жена беременная! И еще меня, между прочим, скромность украшает! Ибо оглашение подобных предположений может ненароком мне перышком выйти.

В бочину. Значит, будем отползать тишком, помалкивая. С линии огня. Пошли-ка они все в зад, кровельщики разнообразные. Проходили мы эти университеты. Школьными коридорами. «Крыши» и «красные» видали, и «законные». И «пиковые». И иные прочие. И понтовые и беспонтовые. Все идут в баню. Воли хочу.

Улыбнулся молча пассажирам широкой советской улыбкой и к штурвалу повернулся.