Пламя

 – Я просто…

– Беспокоишься, что начнешь думать о нем? – закончил он, заставив меня замереть на месте.

Стиснув зубы я выдохнула.

– Не сейчас, хорошо? Тебе делать больше нечего? Начни, например, создавать футбольную команду маленьких Карутерсов сразу после окончания колледжа."

"Он проигнорировал мои слова. Не успела я опомниться, как Мэдок нырнул на заднее сиденье и стал собирать учебники в мой рюкзак.

– Мэдок, – запротестовала я, пытаясь отнять свои вещи, – отдай мне книги.

Отпрянув в сторону, парень ответил:

– Они останутся у меня.

– Сейчас же! – громким шепотом потребовала я.

– Не сегодня. – Он улыбнулся, покачав головой.

– Почему не сегодня? – поинтересовалась я, будто не понимая, к чему он ведет.

Вдруг из динамиков раздался громкий сиплый голос. Мы оба посмотрели вверх.

– Тэйт! – Мое имя эхом разнеслось над треком. – Ты здесь?

Я улыбнулась, озорно изогнула бровь и сладко произнесла:

– Прошу меня извинить, я на минуточку.

– О, разумеется, – проворковал Мэдок, почтенно склонив голову, пряча искрящиеся от еле сдерживаемого смеха глаза.

Подойдя к своей машине, я запрыгнула на капот и выпрямилась во весь рост.

– Здесь! – выкрикнула я, сразу же ощутив на себе сотни взглядов.

Поощрительные возгласы пронзили ночной воздух, мужчины и женщины улюлюкали, хлопали, свистели и скандировали мое имя. Возле скамеек я заметила Фэллон и Джульетту, которые подняли свои стаканы и тоже кричали в знак поддержки.

Распорядитель гонок Зак Хэйгер стоял вместе с Джексом на трибуне, очевидно, составляя расписание на вечер. Они проверяли участников только в тех случаях, когда кто-то отказывался. Поскольку всем гонщикам назначали конкретное время заезда, ребятам нужно было определить, кто уже прибыл, чтобы сформировать новую очередь.

Спрыгнув на землю, я бросила взгляд на Мэдока и закончила наш разговор:

– Вы все знали, что Джаред возвращается домой, и ничего мне не сказали. Я не сержусь, но не собираюсь участвовать в ваших играх. Я взрослый человек.

Парень нахмурил брови, уронил рюкзак и проворчал:

– Пож-жалуйста.

В ту же секунду он обхватил меня за шею и начал тереть костяшками пальцев по макушке.

– Мэдок, – взревела я, упершись одной ладонью ему в спину, а другой – в бицепс и пытаясь вырваться из захвата, – не смей устраивать мне головотерку!

– Головотерку! – воскликнул он. – Нет, взрослые люди подобными вещами не занимаются. А мы же взрослые, верно? – Мэдок продолжил, отчего кожа на голове начала гореть.

– Мэдок! – прорычала я низким голосом, часто дыша. – Отпусти меня! – Топнув ногой, я наконец-то вырвалась.

Он, смеясь, отступил, а я выпрямилась и пыталась отдышаться.

– Ты просто гад! – Я смахнула с лица волосы, выбившиеся из хвостика.