Пламя и кровь
Тирион Ланнистер еще не стал заложником жестокого рока, Бран Старк еще не сделался калекой, а голова его отца Неда Старка еще не скатилась с эшафота. Ни один человек в Королевствах не смеет даже предположить, что Дейенерис Таргариен когда-нибудь назовут Матерью Драконов. Вестерос не привел к покорности соседние государства, и Железный Трон, который, согласно поговорке, ковался в крови и пламени, далеко еще не насытился. Древняя, как сам мир, история сходит со страниц ветхих манускриптов, и только мы, септоны, можем отделить правдивые события от жалких басен, и истину от клеветнических наветов.Присядьте же поближе к огню, добрые слушатели, и вы узнаете:– как Королевская Гавань стала столицей столиц,– как свершались славные подвиги, неподвластные воображению, – и как братья и сестры, отцы и матери теряли разум в кровавой борьбе за власть,– как драконье племя постепенно уступало место драконам в человеческом обличье,– а также и многие другие были и старины – смешные и невыразимо ужасные, бряцающие железом доспехов и играющие на песельных дудках, наполняющее наши сердца гордостью и печалью…
«Надеюсь, у вас достало бы благоразумия этого не делать, милорд, – ответил ему король. – Рейена при всех своих безумствах остается женщиной из рода дракона и моей любимой сестрой». В остальном, заметим себе, Джейехерис со своим десницей не спорил.
Септон Барт пишет об этом так: «Власть Таргариенов зиждется на драконах, огненных чудищах, спаливших дотла Харренхолл и убивших двух королей на Огненном Поле. Король Джейехерис, как и его дед Эйегон, хорошо это понимает. Понимает он также то, что недоступно королеве Рейене: невысказанная угроза сильнее высказанной. Лорды Вестероса горды, и срамить их негоже.
Королева Алисанна молилась за племянницу каждый день. Она порицала себя за ее побег, но сестру винила гораздо больше. Король, мало замечавший Эйерею, даже когда та считалась его наследницей, тоже себя упрекал, но больше всего его тревожил огромный опасный дракон в руках сердитой тринадцатилетней девочки. Ни метания Рейены, ни разосланные великим мейстером вороны не привели ни к чему: в Красный Замок приходили лишь ложные донесения и досужие выдумки.
Септон Барт соглашался с ним. Драконы по природе своей не бродяги, говорил он; чаще всего они находят себе какое-нибудь укрытие, пещеру или разрушенный замок, откуда вылетают охотиться и куда возвращаются.
«Будь она мертва, я бы знала, – возражала им королева. – Я чувствую, что Эйерея жива».
Все шпионы, посланные Рего Дразом по следу Элиссы Фармен и краденых драконьих яиц, получили вдобавок задание найти Эйерею с Балерионом. Поступающие от них донесения были, как и в случае с яйцами, лживыми или выдуманными ради награды.
Самая любопытная весть пришла из андалосских холмов к северу от Пентоса. Тамошние пастухи со страхом рассказывали о чудовище, пожирающем целые стада и оставляющем за собой кровавые кости. Сами-де они его не видали, потому и спаслись… а те, кто видел, ничего уже не расскажут, ибо чудище не одну баранину любит.

















