Пламя и кровь
Тирион Ланнистер еще не стал заложником жестокого рока, Бран Старк еще не сделался калекой, а голова его отца Неда Старка еще не скатилась с эшафота. Ни один человек в Королевствах не смеет даже предположить, что Дейенерис Таргариен когда-нибудь назовут Матерью Драконов. Вестерос не привел к покорности соседние государства, и Железный Трон, который, согласно поговорке, ковался в крови и пламени, далеко еще не насытился. Древняя, как сам мир, история сходит со страниц ветхих манускриптов, и только мы, септоны, можем отделить правдивые события от жалких басен, и истину от клеветнических наветов.Присядьте же поближе к огню, добрые слушатели, и вы узнаете:– как Королевская Гавань стала столицей столиц,– как свершались славные подвиги, неподвластные воображению, – и как братья и сестры, отцы и матери теряли разум в кровавой борьбе за власть,– как драконье племя постепенно уступало место драконам в человеческом обличье,– а также и многие другие были и старины – смешные и невыразимо ужасные, бряцающие железом доспехов и играющие на песельных дудках, наполняющее наши сердца гордостью и печалью…
Празднества привлекли в столицу многих великих лордов: Лимана Ланнистера, Дейемона Велариона, Прентиса Талли, Родрика Аррена. Приехали даже лорды Рован и Окхарт, поддержавшие когда-то септона Муна. Теомор Мандерли представлял северян. Аларик Старк прислал вместо себя сыновей и дочь Аларру, назначенную новой фрейлиной королевы, а недужного верховного септона заменила недавняя септа Рейелла, носившая прежде имя Таргариен. Девочка осталась все такой же застенчивой, но улыбка не сходила с ее лица. Королева прослезилась, увидев в ней живой образ погибшей Эйереи.
Цвели улыбки, звенел смех, произносились здравицы, возобновлялись старые дружбы и завязывались новые, люди обнимались и целовались.
Долгие годы Джейехериса и Алисанны
Политика, потомство, потериВ седьмой день 59 года в гавань Староместа приплелся корабль с рваными парусами и облупившимися бортами. Флаг на мачте так выгорел, что сделался неузнаваемым. Далеко не сразу в паруснике признали «Леди Мередит», ушедшую почти три года назад в Закатное море.
Моряки, купцы, грузчики, шлюхи, воры таращили глаза на сходящую с корабля команду.
"Но вот на берег сошел сам сир Юстас Хайтауэр, внук лорда Доннела. Он исхудал, изжарился на солнце, ранние морщины покрыли его лицо. С ним были несколько староместян, остатки прежней команды. Один из таможенников, переговорив с ним, узнал, что матросы «Мередит» не просто похожи на летнийцев – это и есть летнийцы, нанятые за бешеные, по словам сира Юстаса, деньги вместо погибших в пути.
Вскоре прибыли рыцари лорда Доннела, чтобы проводить его в Высокую Башню. Там, сидя в дедовом чертоге над чашей вина, сир Юстас поведал свою историю. Писцы лорда Доннела записывали за ним, а гонцы, барды и вороны в считаные дни разнесли ее по всем Семи Королевствам.
Путешествие начиналось так, что лучше и желать невозможно. За Бором леди Вестхилл направила «Летящего за солнцем» на юг через юго-запад, в чаянии теплых вод и попутных ветров, а «Осенняя луна» и «Леди Мередит» последовали за ней.

















