Пламя и кровь

На деревьях зрели орехи и фрукты.

Отведав их, Юстас решил, что дальше идти ни к чему. «Мы уже совершили свое открытие. Таких пряностей я ни разу не пробовал, а эти розовые плоды… здесь мы можем стать богачами».

Алис Вестхилл ушам не верила. Что это за открытие – три маленьких островка, самый большой из коих втрое меньше Драконьего Камня! Истинные чудеса ждут их на западе; быть может, за горизонтом лежит второй Эссос.

«Или тянется на тысячу лиг пустой океан», – возражал ей сир Юстас. Ни уговоры ее, ни мольбы не смогли его тронуть.

«Если бы я даже и согласился, команда бы не позволила, – говорил он лорду Доннелу в Староместе. – Они все до одного утверждали, что видели, как гигантский кракен утащил в пучину “Осеннюю луну”. Прикажи я плыть дальше на запад, они бы утопили меня самого и выбрали в капитаны другого»."

"И вот корабли расстались. «Леди Мередит» повернула домой, на восток, леди Алис полетела вслед за солнцем на запад. Обратный путь оказался ничуть не менее труден. Их трепали штормы, хотя и не столь страшные, как тот, что потопил «Луну».

Противные ветры вынуждали бесконечно лавировать. Один из трех серых ящеров, взятых на борт, укусил рулевого, и позеленевшую ногу пришлось отнять. Потом им встретилась стая левиафанов. Огромный белый самец, больше «Мередит», ударил ее с такой силой, что пробил борт. Тогда сир Юстас изменил курс и повел корабль к Летним островам – он полагал, что это самая близкая к ним земля. Но они отклонились слишком далеко к югу и вместо островов пришли к берегам Сотороса.

«Мы пробыли там целый год, пытаясь сделать “Мередит” пригодной для плаванья, но ущерб оказался больше, чем мы думали. Поживиться можно и там: золото, изумруды, пряности, создания одно другого диковиннее. Обезьяны, что ходят, как люди, и люди, что воют, как обезьяны; виверны, василиски, сто пород змей, и все ядовитые. Одни мои люди ночами исчезали бесследно, другие начали умирать. С матроса, укушенного мухой, три дня спустя начала сползать кожа, а из ушей, члена и зада потекла кровь.

Всякий моряк знает, что от соленой воды люди сходят с ума, но там и пресная ненамного лучше. В ней водятся черви, почти не видные глазу: проглотишь их, а они в тебе яйца отложат. Да еще лихорадка – что ни день, меньше половины людей для работы годятся. Мы все бы там перемерли, если б не летнийский корабль. Летнийцы, похоже, знают эту преисподнюю лучше, чем говорят. С их помощью мы кое-как дотащились до Высокодрева, а оттуда пошли домой».