Планета Вода

Дважды проявил невнимательность. Две смерти на совести. И какие смерти…

– Обопритесь на меня, мистер Булль. Я понимаю, вас подкосило горе.

– Б-благодарю. Дурнота уже прошла.

– Но вы очень бледны!

– И тем не менее я исполню всё, что должно быть исполнено… Мисс Шлангеншванц, вечером, когда ваши воспитанницы улягутся, я вернусь сюда, и вырою гроб с телом моей дорогой Беллинды. Я обещал ее матери, моей сестре, что, если случится непоправимое, я привезу останки малютки на родину, чтобы они лежали на семейном кладбище.

– Я понимаю, – скорбно наклонила голову директриса. – И буду присутствовать при этом печальном ритуале. Нет-нет, не отговаривайте меня. Это мой долг.

* * *Немцы не только дали прибежище «Лилиевому маньяку», но еще и поставляют ему жертв. Интересно, известны ли кайзеру Вильгельму эти милые подробности? Вряд ли. Правители обычно говорят: «Приказ должен быть исполнен во что бы то ни стало», а дальше уже от конкретных исполнителей зависит, какими методами и какой ценой добиться результата. Кто виноват больше – правитель, давший карт-бланш, или исполнитель, забрызгавший «чистый лист» кровью и грязью, – вопрос абстрактный. Виноваты оба, обоим и отвечать.

Путь катакиути засиял с алмазной ясностью. Месть за павших товарищей – дело, в общем-то, частное; возмездие за больных детей, скормленных мерзкому чудовищу, – общественный долг всякого нормального человека.

Оставалось лишь проверить то, в чем Фандорин уже не сомневался.

– Я выглянула в окно, увидела свет фонаря и поняла, что вы уже здесь."

"Немка вошла в освещенный тусклым огнем круг, кутаясь в шерстяную шаль. Ночь была зябкой.

Фандорину-то холодно не было – засучив рукава, он работал то киркой, то лопатой.

– Вы что, один? – поразилась фройляйн, озираясь. – Я была уверена, что вы кого-нибудь наймете. И где повозка?

– Это моя девочка. Я должен откопать ее сам, – отрывисто сказал он. – А повозка, я думаю, не п-понадобится.

– Как так?

Он не ответил. Работа продвигалась быстро. Могила была засыпана не землей, а щебнем, камнями, вулканической пылью.

Вот металл ударился о дерево.

Эраст Петрович попробовал приподнять гроб и удивился: тяжелый. Неужто ошибся?

– Что вы делаете мистер Булль? Зачем вы открываете крышку?! Боже…

– Ну разумеется, – кивнул сам себе Фандорин, вытаскивая мешок с песком. – Иначе те, кто нес гроб, поняли бы, что внутри нет тела… Последним, кто видел п-покойницу, был доктор Ласт?

– Да… – пролепетала директриса. – Он сделал вскрытие, а потом сам вместе с ассистентом положил тело в гроб и прибил крышку… Что это значит, мистер Булль?

Фандорин вылез из могилы. Подошел к соседней. Выдернул и отшвырнул крест.

Кобра вскрикнула, но, увидев, как Эраст Петрович снова берется за лопату, догадалась, что он намерен сделать.