Плетущая

Но Яреш продолжал настаивать и вынуждал Зорана помалкивать и быть необходимым соратником будущему князю. Однако настоящие чувства невозможно скрыть. И с юношеских лет начались споры между ними, были даже драки, которые Зорану потом приходилось решать извинениями по велению отца.

И всё же Яреш принимал сомнительные решения не ради власти, Ена из года в год подслушивала одно и то же. Он действительно хотел помочь Креславу создать крепкое единое царство.

– Это не так, они хотели как лучше для твоего отца и тебя, для будущего Визны, – мягче возразила Ена, ища пути убеждения. – Твоими устами говорят бояре, а они всегда были против Яреша. Они за себя трясутся. Они доверие твоего отца теряли и не хотели с этим мириться.

– Может, ты не просто красивая, но и не такая уж и бестолковая.

Ена поджала губы, волна обиды поднялась в ней, и скрыть гнев на лице не удалось.

– А ведь я желал в жёны тебя взять, – невесело напомнил Злат, чуть сильнее сдавив пальцы на шее, из-за чего Ена шумно втянула носом воздух. – Годами отца, Яреша и Зорана упрашивал. Однако покровитель твой не пожелал своей дочерью назвать, а Зоран вечно безродной и глупой обзывал, но ты всё равно их защищаешь?

Ена не ответила, лишь торопливо сморгнула собравшиеся злые слёзы, хотя сама не знала, на что и на кого злится: на Злата, позволившего себе грубость, или на Зорана, отказавшегося звать её сестрой.

– Раз ты думаешь, что всё понимаешь, то вот тебе правда, – угрожающе тихо прошептал Злат. – Я новый князь, и сейчас, если дам слабину, все попытаются разорвать меня на части. Уверен, что Одольское и Никоновские княжества нападут с новой силой, как только осознают, что мы уязвимы. Но я стану ещё слабее, если попытаюсь изменить уже имеющуюся систему. Мне нужна поддержка бояр, которые все как один клеймят Яреша и его сыновей в смерти моего отца и брата. Там столько доказательств и свидетелей, что и слепому глаза не закрыть. И неважно, что хорошего хотел Яреш и какие благородные цели были у него и Зорана. Сейчас меня обступили враги, а те, кто должен помогать, ждут от меня слабины и повода оторвать кусок плоти побольше. Следишь за мыслью, Витена?

Ена содрогнулась от ярости в голосе, когда Злат с издевательской мягкостью протянул её имя и губами коснулся щеки. Она скованно кивнула.

– В ближайшие дни княгиней и моей женой станет Сияна. Это укрепит моё положение, а Мстислав встанет на мою сторону и усмирит Боярскую думу."

"Сердце Ены сжалось от внезапной боли. Подслушав разговор Яреша и Зорана, ей потребовались месяцы, чтобы смириться с мыслью, что женой княжича визинского ей никогда не стать, а после сегодняшнего она бы и не хотела, и всё же старая влюблённость, похожая на хрупкий хрусталь, рассыпалась, раня.