Плохие девочки не плачут. Книга 3

Побеждать благодаря невероятному стечению обстоятельств.

Впрочем, главное не это. Не моя извечная склонность к долгим прелюдиям. Не медицинская карта, щедро напичканная замысловатой симптоматикой. Даже не безграничная вера в чудо. Нереальное, невозможное, нелогичное.

Пожалуй, самое главное…

— Несгибаемая воля, ведь поражения, равно как и победы никогда не длятся вечно. Ничто не критично, покуда внутри горит азарт и жажда продолжать, — сказал тогда военрук и выставил мне отличную оценку.

Мелочь, а приятно.

— Do you really expect Lord Morton to believe in your nonsense? (Действительно ожидаете, что лорд Мортон поверит вашей чепухе?)

Мне кажется или она меня преследует? Пора подавать в суд за сексуальные домогательства.

Глаза Сильвии сверкают превосходством, нетрудно прочесть желанный результат на моем удивленном лице. Винтики срабатывают с некоторым опозданием, слишком поздно успеваю сориентироваться и понять:

— You’re scared, right? (Вы испуганы, правда?) — действую напрямик.

Она не собиралась соблазнять Мортона, не добивалась его внимания. Банальный страх и попытка прикрыть тыл."

"— You think I’ll tell him everything, (Думаете, я ему все расскажу,) — уверенность нарастает.

Неожиданный страйк в мою копилку.

Сама того не ведая, заставила бедняжку изрядно понервничать. Сначала невинно предложила поделиться ее коварным планом с пугающим лордом и посмотреть, как ему это понравится. Потом завела светскую беседу, подкрепляя обещания на деле.

Что оставалось Сильвии? Защищаться любыми средствами. Напустить туману, выставить себя недалекой кокеткой, падкой на влиятельных мужчин, таять и млеть, только бы не дать мне раскрыть рот.

— Oh, I’ll surely tell, (О, непременно расскажу,) — сладко улыбаюсь, обламываю ей кайф.

Пусть нервничает, терзается сомнениями, поджаривается на медленном огне. Она же не подозревает, что я скорее запрусь в клетке с голодными львами, чем вновь окажусь наедине с Мортоном.

Однако Сильвия не намерена прощать подобные выпады.

— So many men try to win your attention. (Столь многие мужчины пытаются завоевать ваше внимание.) It makes you brave, (Это придает храбрости,) — неспешно подготавливает почву, скользит по мне насмешливым взглядом.

В мгновение ока возвращается к стервозному амплуа, явно чувствует себя комфортнее и свободнее, нежели в роли озабоченной нимфоманки.

Передо мной серьезная соперница, хладнокровная и расчетливая, привыкшая эксплуатировать разные маски, подстраиваться и достигать выгоду с минимальными потерями.

— But they all are attracted only by the title, (Но их всех привлекает лишь титул,) — она картинно вздыхает и заключает: — Wallenberg’s woman — sounds tempting. (Женщина Валленберга — звучит соблазнительно.)

Остается завершающий мазок, финальный штрих.

— You’re nothing without him, (Вы ничто без него,) — ее губы складываются в ироничной улыбке.