Плохие девочки не плачут. Книга 3

Бывший работодатель, садюга без тормозов, тезка знаменитого Балтазара?

Признаюсь, ожидала кого-то постарше, не моего ровесника. Или он принимает ванны из крови молоденьких девственниц? Лорд Гай Балтазар Мортон — звучит странно и пугающе.

— You are in good looks, Andy (Хорошо выглядишь, Энди), — милый ответ из уст невменяемого психопата и очередной раздевающий взгляд в мой адрес.

— I’ll be very glad to pay you a visit in London (Буду очень рада посетить вас в Лондоне), — стараюсь смотреть только на смертоносную вдову.

— You won’t forget to invite me, auntie, will you? (Вы же не забудете меня пригласить, тетушка?) — интересуется мой новый ненормальный знакомый и прибавляет на прощание: — See you soon (Скоро увидимся).

Облегченно вздыхаю, не обнаружив фон Вейганда поблизости. Значит, он не видел этой сцены. Обязательно узнает от шпионов, но хотя бы лично не заметил ничего предосудительного.

Выдерживаю паузу и начинаю канючить о непреодолимом желании сходить в туалет. Во-первых, не мешало бы справить малую нужду, а в таком обтягивающем платье этого лишний раз не сделаешь. Во-вторых и в основных, я собираюсь внимательно рассмотреть записку, столь нагло мне вверенную.

— Пойдем вместе, — безапелляционно заявляет Андрей.

Ноу проблем, Энди. Хоть в одну кабинку.

— Ваши шуточки в подобный момент неуместны, — сурово заявляет сутенер по дороге в тайную комнату. — Вы должны соблюдать осторожность.

— Вам надо больше отдыхать и расслабляться, — заверяю с видом сладкой идиотки. — Берите пример с меня — воплощение просвещенного оптимизма.

«Кретинизма», — вкрадчиво поправляет внутренний голос, которого по старой доброй традиции никто не слушает."

"— Кстати, почему не рассказывали, что ваш лорд идеальный красавчик с ангельской внешностью? Все только о плохом — страшный человек, ужасный…

Андрей смотрит с легким недоумением и, повременив для приличия, скупо разъясняет:

— Это не тот лорд Мортон, на которого я работал. Это его сын.

— Даже так? Ухтышка. И кто он по вашей классификации грешников? — отчаянная попытка выведать информацию, сдобренная отвлекающими маневрами: — Для педофила слишком молодой, хотя кто их разберет. Есть у него сестры и братья, с которыми можно переспать? Или он самый заурядный гей? Гай, гей… созвучно выходит.

— Он избалованный ребенок, беспринципный бабник, не проработавший ни дня за всю жизнь, ничего собой не представляет и… — сутенер нахмурился, решив, что с меня хватит откровений. — Вы, кажется, собирались в туалет.

— Ага, — довольно киваю и скрываюсь за дверцей, включаю воду с криком: — Нечего подслушивать!

Разворачиваю записку и чувствую себя героиней «Жутко сопливых страстей». Впрочем, к черту скромность, я намного круче.

Говорят, исключительно туристы стран СНГ пользуют купюры достоинством в пятьсот евро. Фигня, товарищи.