Плохие девочки не плачут. Книга 3

— Я посоветовал взять время на раздумья, пообещал предоставить свободу манёвра в будущем, — фон Вейганд вновь затягивается. — Нерационально избавляться от столь ценного сотрудника.

Клубы дыма действуют гипнотически.

Окутывают и ввергают в транс.

— Он велел убраться поскорее, пригрозил охраной, сказал, не беседует с чокнутыми.

В чёрных глазах разверзается Ад.

Горящий, клокочущий и манящий.

— Забавный малый.

Ощущаю прикосновение огня.

Пламя щекочет и дразнит.

— Через месяц рыдал, ползал на коленях, умолял дать шанс.

Ни тени жестокости.

Справедливость.

— Всегда можно избежать унижения, — ледяная улыбка.

Лёгкий росчерк пера, банальная череда реплик, стандартный пункт сценария длиною в вечность. С одной стороны. А с другой — сломанная жизнь. Покалеченная реальность конкретного человека.

Сумею ли принять и смириться?

— Его братья поступили благоразумно, — опять наполняет стакан до краёв. — Люди готовы на многое пойти, чтобы избежать кары за преступление. Информация стоит дорого. Но молчание обходится гораздо дороже.

Последняя порция рома.

В океане алкоголя.

— Акции в обмен на спокойствие, — жадно пьёт.

Как умудряется сохранять трезвость? Бутылка пуста, стакан тоже. Взгляд нисколько не помутился, не утратил магической силы. Хватает и держит. За горло.

Никакие градусы не берут.

Поразительно.

— Видишь, я приобрёл часть компании за бесценок.

Шантажист.

Хотя придётся отдать должное, разыграно виртуозно, как по нотам.

— А если бы у них не нашлось тайн? — не отчаиваюсь, стараюсь обнаружить брешь в стальной броне противника. — Если бы их прошлое оказалось безупречным.

— Я бы откорректировал план, — ловко отражает удар.

— А если бы они дали отпор? — не спешу сдаваться. — Если бы перешли в наступление? Начали бы копать на тебя? Попробовали бы уничтожить? Запугать?"

"— Кишка тонка, — роняет иронично.

Мучительно тянет поспорить, вступить в жаркую полемику и привести тысячу достойных контраргументов.

И тут на уровне подсознания всплывает вкрадчивый намёк.

Вспомни побег.

Бл*ть.

В Киеве.

Них*я ж себе.

Вот куда клонит.

Ты давно на крючке, детка. Остальные ничем не лучше. Каждого найду и поломаю об колено, отымею, выпорю и загоню обратно в стойло.

Никакой оригинальности. Ничего впечатляющего. Сплошная серость и убогость. Никто не уникален. Тупая биомасса. Даже не пешки на шахматной доске. Насекомые. Расходный материал.

А ведь и правда.

Что я могла сделать после кровавого экшна в кабинете?

Обратиться в милицию. Пожаловаться родным и близким. Накинуться на обидчика с ножом для резки бумаги.

Фон Вейганд следил за мной, прослушивал звонки, контролировал все шаги. Прекрасно понимал, не стану втягивать семью в опасные разборки.