Плохие девочки не плачут. Книга 3

Задушит.

Забьет.

Он мой палач.

Он…

Я слабо двигаю языком.

Я не знаю — почему.

Я просто знаю.

Нужно сделать это.

Иначе не выжить.

Он отстраняется. Обтирает член о мое лицо. Как о тряпку. Шлепает вздыбленной плотью по щеке. Одобряет мою покорность.

Я жадно глотаю воздух.

Закашливаюсь. Захлебываюсь неожиданно огромным потоком кислорода. Задыхаюсь. По подбородку стекают слюни и сопли. И что-то еще. Теплое. Багряное. С явным привкусом металла.

Я оглядываюсь.

Озираюсь.

Затравленно.

Мир вокруг теряет всякие контуры.

Меня бьет дрожь.

Крупная.

Леденящая.

Судорожная.

Фон Вейганд обхватывает мой язык, давит на челюсть, заставляет шире открыть рот.

Действует четко, привычным движением. Вводит напрягшийся член в глотку.

Я даже дернуться не успеваю.

Миг — воздух перекрыт.

Закрываю глаза. Будто и правда верю, что сумею сбежать, уйти подальше от этой жуткой реальности, скрыться во тьме. Какая же я дура.

Он открывает мои веки.

Силой.

Я пытаюсь моргнуть.

Напрасно.

Фон Вейганд застывает. Заставляет терять счет времени. Завладевает разумом. Держит в унизительном положении. Ломает волю. Медленно. С огромным наслаждением.

Я сдаюсь.

Я подчиняюсь.

Я даю то, чего он жаждет.

Я даю ему все.

Всегда.

Я опять шевелю языком. Вылизываю его яйца. Старательно и послушно. Выполняю беззвучную команду. Даже не пробую бунтовать.

Моя награда — право на короткий вдох.

Я едва успеваю втянуть носом воздух, как доступ опять прекращен. Слезы застилают обзор. Действую быстрее, практически моментально двигаю языком.

Фон Вейганд отстраняется, позволяет судорожно вдохнуть и тут же вбивается вглубь, отнимает кислород.

Я покорно вылизываю подрагивающую плоть.

Я вылижу все, что угодно.

Пауза.

Толчок.

Пауза.

Толчок.

Вот как выглядит бесконечность.

Грязно. Порочно. Развратно.

Я отверстие для его члена.

Сосуд для спермы.

На большее не гожусь.

Вдоволь наигравшись с моим языком, фон Вейганд начинает меня еб*ть. Дерет прямо в глотку. Он выеб*вает мой разум. Выколачивает напрочь размашистыми ударами. Почти садится мне на лицо. Обрушивает на меня всю свою мощь. Всю тяжесть.

Жестко. Жестоко. Безжалостно.

Я содрогаюсь.

Я не надеюсь собраться.

Не борюсь.

Не сражаюсь.

Я никто.

Грудь сводит судорога.

Толчок. Толчок. Толчок.

Горло дико саднит.

Боль сковывает изнутри.

Резче.

Еще, еще.

Я дергаюсь.

Между ног убийственно горячо. Влага выделяется толчками. В такт грубым рывкам, раздирающим горло. Льется ручьем. А по бедрам будто пускают ток.

Меня сотрясает крупная дрожь.

Пальцы сжимаются в кулаки.

Ногти входят в ладони.

До крови.

Фон Вейганд вбивается до упора. Врезается. Вонзается. Режет глотку точно кинжалом. Не ведает пощады.

Он кончает.

А я задыхаюсь.

Бьюсь в стальных путах.

Беззвучно. Судорожно.

Мир темнеет.

Реальность меркнет.

Я пытаюсь.