Плохие девочки не плачут. Книга 3

Минут. Секунд. Мгновений. Где тебя носило?

Хватит тянуть. Пора отдавать долг. За каждый миг. Вдох. Всхлип. Вскрик. Без тебя. За каждую мою вспыхнувшую и погасшую жизнь.

Плати. Разрезай. Разрывай. Выламывай. Обдирай. Выдирай. Забирай. Всю. Целиком. А цензура пусть перекурит. В пекло скучные меры предосторожности.

Я хочу тебя. Всего. Всякого. В кровь. Под кожу. Я хочу тебя. Одичалого. Оголодавшего. Одержимого. Без наркоза. Просто стреляй уже.

Убивай меня.

Медленно. Быстро. Бешено. Яростно. Неистово. Неспешно. В ритме напрочь одуревшего сердца. Растягивай сладостную экзекуцию до бесконечности.

Разрушай. Сокрушай. Камня на камне не оставляй.

Люби.

Жарко. Жутко. Жестоко. Как только ты один умеешь. Вгоняй во мрак, в бездну, в пропасть, в землю. А после возноси к небесам. Если и слепнуть, то вместе.

— Алекс, — шепчу, едва размыкаются наши губы, трусь щекой о его щеку, кайфую от тысячи морозных мурашек, корябаю нежную кожу о жесткую щетину. — Повтори, пожалуйста.

— Я дебил, — шумно втягивает воздух, вдыхает аромат моих волос. — И знаешь, это не так плохо. Пожалуй, даже приятно.

— Нет, — протестую поспешно. — Другое повтори.

— Что? — интересуется вкрадчиво.

— Ну, ты понял, — заявляю с нажимом. — Давай. Хотя бы еще разок. Я заслужила и больше, если честно. Слишком долго подобного откровения дожидалась.

— О чем ты? — неподдельное удивление, изумленно выгнутые брови.

— Слушай, — хмурюсь. — Я ведь никогда не понимаю с первого раза. Я и после десятого объяснения редко что понимаю. Поэтому просто сделай над собой усилие и повтори красивое признание опять.

Насмешливо хмыкает.

Вот скотина.

— Стоп, — начинаю заводиться. — Неужели зря диктофон включала? Давай. С чувством, с толком, с расстановкой. Иначе о чем тогда поведаем потомкам?

Фон Вейганд прижимается губами к моему лбу. Чмокает. Легонько. С долей издевки. Тонко намекает на зарождающееся безумие. Как бы советует расслабиться и ценить мелочи жизни, не требовать большего. Смириться и обтечь.

Ха. Нет. Никогда. Не на ту напал. Дожму даже мертвеца. Хитро. Коварно. Филигранно расколю абсолютно любого, пусть самого стойкого свидетеля.

— Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — выдаю скороговоркой, цепляюсь за широкие плечи, ногтями впиваюсь и царапаю. — Прошу. Скажи, скажи, скажи. Я тебя умоляю. Уж лучше по-хорошему признайся. Я же все равно не заткнусь.

Шах и мат. Фирменный метод. Запатентованный. Отмеченный мировыми экспертами. Обращайтесь — обучу лично. За пару жалких миллионов евро. Короче, за бесценок.

В общем, я канючу как умею. Готовлюсь довести до инфаркта нытьем. Повторяю мольбы по кругу и щедро сдабриваю показными рыданиями.

Хранит молчание. Вот сволочь. Крепкий орешек.

Ну, ничего. Я и не таких на чистую воду выводила.