По дороге на Оюту. Наперегонки со временем

– Криста, – моё внимание отвлекла воспитатель. Женщина, в чьей родословной явно топтались чистокровные земляне, о чём свидетельствовали уж слишком специфические черты лица: тёмная кожа, кудрявая шевелюра. Выглядела мисс Вонг весьма забавно.

– Да, – я слабо улыбнулась в знак приветствия, – врач был?

– Да, был, – женщина кивнула, отчего спиральки её волос качнулись. – Он просил передать, что ждёт вас у себя.

– Почему? – я немного удивилась.

– Он взял экспресс-анализы у Юлы, – женщина замялась, а я вдруг поняла, что беды мои себя ещё не исчерпали. – Там всё плохо. Держи счёт и вот записка от него.

Она ловко вложила что-то в мою ладонь. Развернув простой серый клочок писчей бумаги, я тихо прочитала:

«Криста, срочно явитесь в поликлинику».

И всё! Ни объяснения, ни подробностей.

Я беспомощно глянула на воспитательницу.

– Она лежит весь день, почти не играет, – мисс Вонг не смотрела мне в лицо. – Может, ещё раз поговоришь с её матерью. Девочке нужны документы. Они решат все проблемы разом. Операции на сердце делают даже на Титане.

– Её мама сегодня умерла, – шёпотом выдохнула я.

Мир покачнулся и в глазах потемнело.

– Тихо, тихо, – меня мягко усадили на низкую детскую лавочку у стены. – Как умерла? Криста, что у вас случилось? Да у тебя глаза красные.

Сжав голову в ладонях, я вдруг поняла, что проблемы только начинаются.

– Криста, что случилось с твоей сестрой? Не молчи же ты, девочка моя.

– Убили, – тихо шепнула я одними губами. – Возле дома законники. Не с кем мне больше говорить. Не будет у Юлианны документов.

– Да, как так, – женщина присела рядом. – А отец Юлы, он…

– Он и убил, – резко перебила я её. – Эта скотина у оперов.

– Нужно на него надавить, чтобы он признал ребёнка.

– Нет, – я знала, что к нему соваться бесполезно. Он был законченным детоненавистником. За четыре года ни разу не видел дочери. – Что делать? Вот что мне сейчас делать?

Этот вопрос вырвался сам собой.

– Увозить ребёнка, – ответ показался мне таким поверхностным. – Но погоди. Значит, отцу Юлы нашей грозит срок. Так. Нельзя ему о ребёнке напоминать. Это я погорячилась с предложением с ним поговорить, – я обернулась к женщине, прекрасно понимая, о чём она. – Тут понимаешь, наличие дочери срок ему скостит. Но никто не будет её оформлять. Просто сдадут в закрытый детский дом и всё. Там такая брешь в законе. Это плохо, Криста. Увозить малышку нашу нужно.

– Но куда? – у меня голова ничего не соображала. Столько всего навалилось и разом.

– Иди в соцзащиту. Поговори с ними. Они могут дать хороший совет. Но не рассказывай, что случилось с твоей сестрой. И, вообще, везде теперь говори, что Юла тебе родная. Ты её мать. И девочке это внуши, – мисс Вонг тяжело вздохнула.