По дороге на Оюту. Наперегонки со временем
«…Мы входили в атмосферу Титана. Изображение поддёргивалось оранжевой дымкой.Рядом со мной восторженно охали туристы, которых непонятно как занесло на экспресс для местных. Эту часть планеты приезжим не показывали. Не тот колорит.Бегло осмотрев их, пришла к выводу, что сии путешественники, скорее всего, с планет земной группы. Только их ещё можно было удивить ледяным миром наших спутников. Насмотрелись передач о диком туризме и сунулись не туда, куда стоило бы. Задние карманы залётных землян заманчиво оттопыривали, рюкзачки на магнитных липучках низко свисали с их плеч. Осталось только стрелочки над ними зажечь, чтобы наверняка обчистили…»
– Знаешь, Криста, после войны между колониями Марса и Земли у нас массовый отток населения. Есть много систем, где можно получить гражданство. Но, девочка моя, торопись. Я вижу Юлу каждый день, ей становится хуже. Тут и врач не нужен.
Я закивала. Надо было уже давно укатить. Все мне об этом твердили, а их не слушала. Сама виновата, клуша. Не нужны мы были Анике, что я за неё хваталась. Дура.
Тяжело выдохнув, поняла, что нужно действовать быстро.
Но я всё ещё не знала, как быть и куда стремиться.
Глава 11"
"– Мама, – все плохие мысли мгновенно выпорхнули из головы, стоило услышать голосок моей девочки. Она выглядывала из-за прикрытой двери. В глаза резко бросилась её болезненная бледность. Да и дыхание было тяжёлым. – Ты за мной?
Воспитатель тихонько тронула меня за руку, обращая на себя внимание.
– Ты работаешь сегодня, Криста? – я кивнула, не понимая, о чём она. – Может быть, будет лучше, чтобы Юла осталась под моим присмотром. Случись что, а она дома одна.
Я замерла. В какой-то апатический ступор впала.
– Она не любит здесь ночевать, – мой голос звучал омерзительно жалко. Признаться, я сама не желала её оставлять в этих стенах. Ещё помнила себя маленькой. Тогда всё время казалось, что меня тут бросят, и никто не вернётся утром.
– Сейчас важнее не то, что любит Юла, а её безопасность. Оставляй нашу девочку здесь. А сама решай все проблемы.
Моя малышка слышала наш разговор. В чистых голубых глазах появились слёзы.
– Я домой хочу, – заканючила она. Поджав губы, я ощутила резкий укол в сердце. Я разрывалась между доводами здравого смысла и любовью к своему ребёнку. – Я хочу с тобой быть.
– А Криста не уходит. Она поиграет с нами. А когда настанет время идти на работу, то она уложит тебя в вашу кроватку. А ночью я буду охранять твой сон. Утром мама вернётся, и ты пойдёшь домой, – мисс Вонг, прищурившись, одарила меня строгим взглядом. – Ты ведь завтра не работаешь?
– Нет, мисс, – я покачала головой. – Юлианна спит в моей кроватке?
– Да, – воспитательница кивнула, – с нарисованной птичкой на подголовнике.
Это показалось мне забавным. Когда-то и я обитала в этом приюте, но мисс Вонг была нянечкой. Это удивительно, как эта женщина успевает следить за сотней детишек, да ещё и помнит, где спали уже выросшие её подопечные.
– Ты поиграешь с нами, мама? – Юла дёрнула меня за руку, привлекая внимание.
– Конечно, милая, я очень по тебе соскучилась.
Сидя на коврике в игровой, поражалась тому, что за столько лет тут ничего не изменилось. Даже игрушки те же. Подняв пластиковую куклу, я повертела её в руках.
– Ты была такой милой и доброй девочкой, Криста, – тихонько шепнула сидящая рядом воспитательница. – Что с тобой произошло?
– Я всё ещё тот ребёнок, но где-то в глубине души, – я пожала плечами.
















