По понятиям Лютого

Он даже привстал, чувствуя, как качается под ногами глиняный пол, но тут хозяин таверны прокричал через весь зал:

– Эй, красавчик! Здесь порядочных девушек просто так не лапают! За все надо платить!

Модус обернулся к нему.

– Держи!

И швырнул серебряный динарий. Хозяин ловко поймал его, рассмотрел при свете очага, потер о камень. Затем сделал какой-то знак танцовщице и вернулся за прилавок. Нубийка тут же села на колени к Модусу и принялась тереться о него голой грудью.

– Я вижу, ты богач! Мы можем пойти ко мне в комнату, и я доставлю тебе неземное блаженство! – Она вытянула сложенные колечком толстые губы.

Но тут из-за столика игроков в кости к Модусу подошел человек с одутловатым похмельным лицом и красными глазами.

– Кто тратит серебро на баб, тот быстро остается ни с чем, – просипел он, оценивающе приглядываясь к новому человеку. – А кто швыряет кости, тот говорит с богами. Идем, сыграем, чужестранец, по крайней мере у тебя будет шанс что-то выиграть. С бабами такое не проходит, у них можно выиграть только дурную болячку.

Квентину предложение не понравилось.

– Модус, он врет! У него нос, как гнилая груша! – заявил он, старательно выговаривая слова.

 – Возможно, это как раз от такой болезни. Давай лучше еще по кувшину вина!

Но Модус куда-то исчез, а вместо него появилась флейтистка с влажным и жадным ртом, которым она присосалась к его губам, но вдруг провалилась, правда недалеко, точнее, неглубоко, он слышал ее частое дыхание и поскуливание где-то внизу, и постепенно тоже стал дышать часто и громко, пока не заорал в голос.

– Тихо, – сказала она.

И вновь появилась перед ним, и туника медленно, лениво сползала с ее плеча, как древесная змея… Острая маленькая грудь, узкие бедра.

Она рассмеялась, обвила его своим крепким и гибким телом, зубы ее блестели, губы источали жар, а твердые соски щекотали кожу, вызывая сладкую дрожь… Говор, смех и стук игральных костей доносились теперь откуда-то издалека, вокруг был полумрак, теснота, круглое окошко, в котором плескались звезды, и то непривычное, острое, чего никогда не было с рабынями, которых он познал раньше…

Потом он открыл глаза и понял, что находится в одной из комнат для отдыха. Флейтистки рядом не было.

Встал, побрел, почти ничего не видя, пока впереди не замаячило пятно света – вход в зал. Там стало еще более шумно. Возле стола для игры в кости сгрудилось множество людей. Похоже, назревала драка.

– У него фальшивые кости! Он шулер и вор!

Тип с красными глазами почти лег на стол, пытаясь дотянуться руками до Модуса. Тот сидел на скамье, пьяный и счастливый, и встряхивал в сложенных руках пригоршню монет, выбивая какой-то забавный ритм.

– Успокойся, эй, как там тебя! – со смехом прокричал Модус.