Под крылом у демона

Руки Линуса, как тугое кольцо удава, стискивали талию. Губы были слишком близко к ее уху.

— Постой!.. — Ирина оттолкнула, упершись в худощавую грудь.

Линус выпустил из объятий — скорее от неожиданности, чем почувствовав пренебрежение. Ирина обернулась, заозиралась по сторонам.

— Где Даер?

— Он ушел в своей мир, — хмыкнул Брион. — Или отправился к гоблинам. Кто же его знает, этого демона. Он никогда не говорит, когда уйдет и когда вернется.

— Так даже лучше, милая, — Тильна обняла Ирину за плечи. — Без него мы чувствуем себя уютнее.

— Почему?

Изумление Ирины было искренним. Она непонимающе посмотрела на женщину, пытаясь прочесть на бледном лице ответы на зародившиеся глубоко внутри вопросы и подавить протесты.

— Он же демон, — Тильна пожала плечами.

— Это ни о чем не говорит, — возразила Ирина. — Да, Даер демон, он лучше, добрее, отзывчивее и честнее многих людей. Его нелюдимость — лишь видимость.

Под грозной броней Даер прячет слишком мягкое для демона сердце, добавила она про себя.

— Боже, ты говоришь так, словно влюблена в него! — возмущенно бросил Линус. — Не глупи, Ирина, демон всегда остается демоном. Такие, как он, не способны на сочувствие.

Ирина неверяще тряхнула головой, отчего капюшон упал на спину, открывая лицо дождю. Но она словно не чувствовала бьющих холодных капель, в то время как ее сердце, кажется, обрастало корочкой льда. Линус... он так пренебрежительно отозвался о Даере. О том, кто спас его и других, рискуя собственной жизнью, ведь король Крика мог покарать его за неисполнение приказа.

— Что бы вы все ни говорили, Даер достоин любви, — смело заявила она. — А ты, Линус. Не ты ли только что, буквально секунду назад называл его господином?

— Это не значит, что я его почитаю, — последовал язвительный ответ.

— Ты очень изменился, — призналась Ирина, рассматривая Линуса новым взглядом.

И как он мог когда-то нравиться ей? Прежде Линус казался ей учтивым, благородным, сдержанным. Изменился он или это она научилась видеть вещи, которых не замечала прежде? Стала старше, а прошлые привязанности выпорхнули из сердца, как подросший птенец из гнезда.

— Ты стал другим, Линус, — вздохнула Ирина.

— Нет, — обвиняющее бросил он. — Это ты изменилась, Ирина."

"Ее и детей разместили в одном из небольших приземистых домов — очень маленьком, особенно по сравнению с замком Даера, но все же уютном и теплом. Здесь была небольшая кухонька и одна спальня с широкой кроватью. А еще камин, где весело потрескивали дрова. Но вот беда, здесь не было Адена, рассказывавшего детям сказки о давно минувших временах. Воду таскали из ручья в ведрах, и когда переливали в рукомойник, журчание напоминало жизнерадостный смех Жемчужины.

— Он ведь придет к нам, правда? — спросил Вирилад, засыпая.