Поглощенные обманом

Странный прилив эмоций захлестывает меня, пока мне не становится трудно дышать, не говоря уже о том, чтобы думать. Эти два слова. Только ты. Но это похоже на то, как будто он потянулся внутрь себя, вырвал часть и предложил ее мне на ладони.

– Никогда не меняйся, окей? – шепчу я.

– Лия, что я говорил об этом слове?

– Упс. Значит ли это, что теперь ты накажешь меня?

– О, я сделаю больше, чем просто накажу тебя.

Мое сердце замирает, когда я смотрю на него.

– Что? – спрашиваю я, мой голос хриплый и страстный.

– Я лучше покажу тебе.

Я взвизгиваю, когда он поднимает меня с пола и заключает в объятия, а затем разражаюсь приступом смеха.

Счастье.

Я никогда раньше не осмеливалась мечтать об этом, но, должно быть, это то, каково это – быть счастливой, и теперь я, наконец, осмеливаюсь испытать это в полной мере.

Пожалуйста, пусть так будет всегда.

Глава 19

Адриан

Лия хватает меня своими нежными пальцами, когда я несу ее в спальню.

Я же, с другой стороны? Я думаю о том, как наказать и трахнуть ее после того, как она заставила меня ждать всю ночь напролет.

Ни за что на свете я не позволю своим охранникам сближаться с ней в будущем. Одного раза было достаточно. На самом деле, это больше, чем я бы предпочел.

Если бы это зависело от меня, она бы вообще не общалась с ними. Какая-то темная одержимость овладевает мной всякий раз, когда она разговаривает, не говоря уже о том, чтобы улыбаться, с другими мужчинами – даже если они мои собственные охранники. Это провоцирует зверя внутри меня, который готов выйти и убить любого мужчину с ней поблизости, чтобы я был единственным, на кого она когда-либо обращала свое внимание.

Я пинком захлопываю за собой деревянную дверь, и Лия зарывается своими крошечными ручками в мою рубашку, хихикая и извиваясь. Ее щеки порозовели, а веки опустились от выпитого. Еще одна ее сторона, которую я не хочу, чтобы кто-то другой видел.

Она выглядит такой красивой, раскрасневшейся, и голубизна ее глаз смягчается. Нет и следа печали, которая, кажется, преследовала ее всю жизнь.

Во всяком случае, она выглядит немного... озорной. Черта, которую она редко проявляет, если вообще проявляет.

Лия всегда была мягким, элегантным типом, который держит свои эмоции при себе. Она сказала, что ненавидит мое молчаливое обращение, но она не понимает, что сама часто использует ту же тактику. На самом деле, именно она отстранилась первой и отказалась впустить меня, как бы я ее ни уговаривал.

Она всегда видела во мне самое худшее, и в ответ я прибегнул к силовым методам, чтобы удержать ее. В какой-то степени это было потому, что это все, что я знаю, но я также сделал это, потому что мысль о том, что она бросит меня, превратила меня в гребаного зверя.

Но у нее, похоже, не было этих мыслей о побеге с того дня, как я нашел ее в парке.