Погружение в отражение

Сейчас наведет идеальный порядок, потом нагладит Танину блузку с тысячей оборок, которую дочь обожает, но редко носит, потому что гладить все эти рюши – занятие не для слабонервных.

А к вечеру приготовит что-нибудь вкусненькое: пирог с яблоками, например, или сырники с изюмом.

Она сделает так, что дочь будет счастлива и никогда не пожалеет, что осталась на Родине! У нее будет прекрасный русский муж, русские дети, заботу о которых Вера Ивановна полностью возьмет на себя. Пусть Танечка посидит полгодика, поиграется и снова выходит на лед. Она ведь способная спортсменка, и задатки педагога у нее великолепные.

Если мать будет помогать и освободит от разных бытовых хлопот, то девочка быстро добьется успеха, и как знать, вдруг станет известным тренером вроде Станислава Жука?

А детки рядом с бабушкой вырастут здоровенькими, крепенькими и умненькими.

Не зря существует пословица – где родился, там и пригодился.

Да, модно сейчас ругать Союз, мол, жизнь плохая, но как она станет хорошая, когда уедут все, кто покрепче да поумнее?

Если бы отец Тани был жив, разве он позволил бы ей покинуть Родину? Да ни за что!

Стремянка, стоя на которой Вера Ивановна протирала люстру, пошатнулась, пришлось крепко вцепиться в верхнюю ступеньку, чтобы вернуть равновесие.

Немного отдышавшись, Вера Ивановна все-таки смахнула пыль с оставшегося плафона.

Нет, пусть Еремеев идет к черту со своей подозрительной помощью!

У Тани родители русские, и дети, значит, тоже должны русскими родиться и вырасти!

Вера Ивановна решительно сложила стремянку и засунула ее в чулан.

Должны знать свою историю, гордиться павшими в боях Великой Отечественной войны прадедами и героическим дедом, который пожертвовал жизнью ради того, чтобы спасти людей от опасного преступника, а не расти на дурной капиталистической морали, где человек человеку волк, а нажива прежде всего.

Валентин Васильевич позвонил, когда она только что закончила уборку и наслаждалась в кухне чашечкой чая, с удовлетворением озирая плоды своих трудов.

Когда он сказал, что надо увидеться, Вера Ивановна пригласила его в гости прежде, чем сообразила, что это не совсем этично.

«А ну и ладно! – легкомысленно подумала она. – Зато будет перед кем похвастаться вылизанной хатой, все-таки редко так бывает у нас, чтобы нигде ни пылинки».

Дед пришел так быстро, будто стоял под дверью, и с порога вручил коробку конфет и букет слегка подмороженных, но пышных гвоздик нежно-розового цвета.

Вере Ивановне стало неловко от такого гусарского размаха, и почему-то она обрадовалась, что к приходу гостя надела лучшее свое шелковое платье и успела причесаться и слегка накрасить губы.