Похищенная невеста для Его Наглейшества

Пожилой император стоит в трех шагах от Эйдена и не сводит с него пристального взгляда."

"— Зачем ты послал ее туда? — хриплым голосом спросил герцог и отметил, как опасно прищурился отец. Никто не осмеливается предъявлять претензии императору, это чревато ссылкой. Но для любимца всегда есть преференции, правда? Впервые Эйден испытывает такую ярости, что хочется ударить отца, накричать на него, высказать все, что накипело. Конечно, он этого не сделает. Отец слишком слаб и стар.

— Должен же я извлечь пользу из ее присутствия рядом с тобой, — подчеркнуто ровным тоном ответил император.

— Ты намеренно меня отослал, — припечатал Эйден. Впервые он выдвинул прямое обвинение против отца.

— Ситуация на Алых Островах требовала твоего присутствия, сын, ты не можешь этого отрицать, — усмехнулся император. Его не так-то просто загнать в угол. Отец прекрасный стратег.

— Ты использовал моих людей, — Эйден невольно зарычал. Эта ситуация его бесит! Эля пострадала из-за него, из-за отца, а ему все равно, и ничего с этим не сделать.

— Твои люди должны быть верны в первую очередь короне, а корона — это я, — парировал император.

— Пока, — добавил он примирительно. — Пока еще я.

— Зачем ты пришел? — качнул головой Эйден. Он не собирается стыдить отца. Тот прекрасно понимал, что делает.

— Мне доложили, что ты прибыл в Храм Праматери и настоял на том, чтобы в Колыбель поместили совершенно постороннюю девушку, — произнес отец, но Эйден не почувствовал себя обвиненным. Император лишь констатировал факт и перевел внимательный взгляд на прозрачную крышку древнего артефакта. — Ты никогда не казался мне влюбчивым и легкомысленным, Эйден. Кто угодно, но не ты.

Неужели эта девчонка так тебя заинтересовала? — нахмурился он.

— Она спасла мне… — с чувством хотел возразить ему сын, но император жестом заставил его молчать.

— Я готов принять это! — отрезал он, снисходительно кивнув. — Итак среди знати ходят нехорошие слухи о тебе и твоих предпочтениях, сын, — с неудовольствием заметил император, а Эйден поперхнулся воздухом. Какие еще слухи?! — Наличие любовницы пойдет на пользу твоему образу. Я даже закрою глаза на ее прошлое. Уверен, что ты скроешь от общества все, что посчитаешь необходимым.

Случившееся сегодня останется тайной. Я наложу личную печать на все документы, касающиеся этого инцидента.

Эйден застыл. Отец ни разу не упомянул слово «жена», и это не случайно. Жрица не доложила ему о браке бастарда и воровки. Хм… Она сделала это намеренно или попросту не поверила Эйдену?

— Мне безмерно любопытно, ради чего ты рискнул моими людьми? — прищурился Эйден, не заостряя внимания на нюансе в виде брачной вязи на его руке, прикрытой рукавом. — Из-за пустяка ты бы не это не пошел, отец.