Похищенная невеста для Его Наглейшества

При каждом выходе в свет ко мне его приковано столько, что не знаю, куда деваться. И придворные, и репортеры, и молодые аристократы, желающие породниться с короной — вопросами атакуют все.

«Принцесса Жизель, а правда ли, что вы приемная дочь короля и подкидыш?» — спросил меня один из репортеров пару лет назад. Первым порывом было ответить колкостью, но я сдержалась. Согласно этикету, королевской особе запрещено лично общаться с прессой. Но мне этого и не потребовалось. Я посмотрела на репортера таким жалостливым, затравленным взглядом, полным слез и унижения, что бедолага потерял дар речи и стыдливо опустил глаза.

«Мужчине не стоит даже пытаться воевать с женщиной» — вспомнила я слова отца. «Это настолько хитрые существа, что своей слабостью и красотой они способны сокрушить любого воина». Он отец двенадцати женщин. Уж кто-кто, а папа в таких вопросах разбирается.

Вынырнув из воспоминаний, я приступила к делу. В этих плетениях не так много магии, как в тех, с которыми я работала в камере, но они, тем не менее, опаснее. В них течет не просто магия, а черная магия. Эта субстанция убивает все живое, к чему прикасается. Возможно ли обратить ее вспять? Сейчас узнаю.

«Ого» — вырвалось у меня, стоило только попытаться поменять направление черной жижи внутри потоков. Она не просто поддалась, а бодро побежала в обратную сторону! Это оказалось даже легче, чем в темнице. Должно быть, черная магия легко поддается любому воздействию. Давление в нитях исчезло, и я осторожно сдвинула их в сторону.

— Значит, ты обладаешь боевой магией? — подал голос ищейка. Я закатила глаза.

— Вам непременно нужно выяснить это именно сейчас? — полыхнула раздражением я.

— Странная способность для девушки, — оборотень будто не услышал меня. — Я о таком прежде не слышал. Эйден, а может, никакая это не девушка, а переодетый мужик? — с вызовом спросил он и уставился на меня. В этот момент я как раз сдвинула в сторону первое плетение и приоткрыла вход в тайник.

— Милейший, — улыбнулась я, не отрываясь от работы, — вы обнюхивали меня при обыске. Если вы не можете отличить мужчину от женщины, то какой же из вас оборотень? — фыркнула я. — Или старый пес потерял нюх? — вернула я ему шпильку. Оборотень поддался на провокацию как ребенок и сразу же начал рычать."

"— Тебе повезло, что я не бью женщин, — ответил он мне звериным голосом. Будто злой пес, на которого надели намордник и крепкий поводок.

— О, так вы решили, что я все-таки женщина?! — рассмеялась я. — Может, обнюхаете еще раз, чтобы удостовериться? Собаки ведь именно так знакомятся: нюхают друг друга в самых…интересных местах, — не удержалась от смешка я.

— Смейся, смейся, — мрачно протянул ищейка. — Я посмеюсь, когда тебя будут казнить, — пригрозил он.