Похищенная невеста для Его Наглейшества

Ну, как говорит моя няня, до этого еще дожить нужно. Его разговоры сбили меня, я потеряла концентрацию. Нельзя отвлекаться на препирательства. Я полностью сосредоточилась на том, чтобы открыть проход в тайник. И у меня начало получаться! Один слой защиты, второй, третий… Это оказалось так увлекательно, что я потеряла счет времени. Весь мир отошел на второй план, остался только тайник и его защита.

— Полкан, — донесся до меня негромкий голос герцога. Он намеренно говорит тихо, будто боится кого-то разбудить. — Раздобудь нам еды.

Слова прозвучали где-то на краю сознания. Я даже не осознала сказанного и продолжила взламывать защиту тайника.

* * *Глава 12

Эйден смотрел и не верил своим глазам. Прежде он слышал о даре «ключа», но никогда воочию не видел его носителей. Как она это сделала?! Обратила вспять потоки магии, прикоснулась к черным, пронизанным ядом плетениям и просто…сдвинула их в сторону, как старые занавески.

Способностью открывать любые замки и снимать охранные чары обладают дочери сильных магов, как правило, южанки. Арренскому хватило ума и везения встретить такую девушку и запереть в камере! Мог бы посреди дворца ее оставить, эффект был бы тот же. Его не было минут тридцать, а она уже успела выбраться из камеры, проскочить мимо охраны и едва не сбежала из дворца! Если бы не случайная встреча девчонки с братцем, то Эйдена ожидал бы еще один позор — поиски воровки по всей столице.

Конечно, знай он заранее о ее даре, не поступил бы так. Но что ему оставалось делать? Времени на выяснение обстоятельств и ее способностей не было. Сердце Праматери похищено, свадьба сорвана, и артефакт необходимо было вернуть как можно скорее. А еще отчитаться отцу обо всем. Тогда в кабинете императора собрались все приближенные, законные дети императора и жрицы Праматери. Последние выделяются своими красными плащами, капюшоны которых полностью скрывают лица своих хозяек. Герцог Арренский вынул артефакт из защищенной шкатулки и продемонстрировал его всем присутствующим. Только после этого передал сокровище жрицам.

— Ты допустил, чтобы Сердце Праматери похитили, — с тяжелым вздохом начал свою речь отец. Эйден приготовился к справедливым обвинениям. Он допустил ошибку, и никогда себе этого не простит. Публичная выволочка — не худшее наказание за пропажу артефакта. — Но ты же и спас его в кратчайшие сроки, Эйден, — неожиданно мягко выдохнул император. — Поймал воровку и, я уверен, справедливо накажешь всех причастных. Я благодарен тебе, сын.

В кабинете повисла мертвая тишина. Впервые император публично назвал Эйдена сыном, да еще и отказался от любых обвинений. На лицах присутствующих застыло изумление. Герцог и сам немного растерялся от слов отца.