Полет над гнездом индюшки

Гадалка засмеялась:

– Вот Маша, и та Маша, и у стены Маша стоит, тебе какую?

От полной безнадеги я ляпнула:

– А Ромала где?

Внезапно собеседница насторожилась.

– Ромала? Не знаю такую! Ступай себе, не лезь к цыганкам, у нас бабы дурные, приревнуют к мужику, и покою не будет. Иди мимо.

Я хотела было еще раз спросить про Катю, предложить денег, но цыганка внезапно исчезла, испарилась, словно зарплата, быстро и бесследно.

Я стала бродить по площади, но женщины в ярких юбках и бесчисленных золотых украшениях больше не попадались мне на глаза, по непонятной причине они покинули площадь.

Обойдя все ларьки, я устала и устроилась на стуле, стоявшем под бело-красным зонтиком. Мигом подскочил официант, черноволосый парень.

– Слюшаю, дорогая!

– Спасибо, я просто присела, ноги устали, – сказала я.

– Так нельзя! Сделай заказ и отдыхай сколько хочешь.

– Чашку кофе.

– Съешь шаурму, – не успокаивался владелец, – мясо свежее, только что бегало.

– Твой деликатес делается из собачатины?

– Вай, какой глупость пришел тебе в голову.

– Ну тогда из кошатины…

– Зачем обижаешь!

– Сам же сказал, мясо только что бегало.

Вряд ли держишь тут стадо коров!

– Из курицы шаурма! – обозлился официант. – Деликатес! Во рту тает, парную берем!

Я увидела чуть в стороне гору пустых упаковок из-под замороженных куриных ножек, произведенных в Америке, и вздохнула:

– Только кофе, можно с пирожным, если оно тоже недавно бегало. Но если эклер поймали неделю назад, то не напрягайся и не тащи его.

Мужчина рассмеялся:

– Шютница, а! Разве у пирожных есть ноги?

Вопреки всем моим ожиданиям кофе оказался просто великолепным, а булочка с маком растаяла во рту.

Я подобрала крошки и решила заказать еще одну.

– Эй, официант, подойдите, пожалуйста…

– Зачем искала? – послышался тонкий голос.

Я подняла глаза и увидела перед столиком цыганку Катю.

– Ну, надо-то чего? – нетерпеливо спросила она.

– Ой, – обрадовалась я, – вот здорово, я уж думала, не найду тебя.

– Что хочешь?

– Скажи, среди ваших есть девушка по имени Ромала?

– Тебе зачем?

– Она знает одного парня, которого я ищу.

– Не ищи, не надо.

– Почему?

– Я сказала, ты услышала. Не ищи, худо всем будет, оставь его, он плохой человек.

– И все же, где найти Ромалу?

– Нигде.

– А Барон? Кто он такой? Не знаешь случайно?

Катя села за столик, вытащила из юбок пачку «Парламента».

– Барона тут нет и быть не может. В своем доме живет, с чужими не общается, с тобой говорить не станет. Лучше к себе поторопись, беда у вас.

Конечно, я понимаю, что цыганки только прикидываются ясновидящими, но на душе внезапно заскребли кошки.

– Что за беда?

– Не знаю.

– Ничего-то тебе не известно, а еще цыганка!

Катя резко встала.

– Прощай. Ромалы у нас нет.