Полюбить врага (СИ)

Свет из коридора дал увидеть кровать, идеально заправленную черным покрывалом. В спальне никого не оказалось… Я не могла ответить точно, насколько уже было поздно, но из-за отсутствия хозяина дома, голову сразу атаковали настораживающие мысли. Возможно, потому что я считала этот особняк крепостью не только для себя, но и для него…

В любом случае отсутствие Вадима меня не остановило. Зайдя в его спальню, я закрыла дверь, и шаги моих босых ног тихо застучали по паркету. Я не решилась даже свет включить, и не стала ложиться в постель. Мое вторжение в это пространство уже само по себе было недопустимым, необоснованным.

Я устроилась в большом кресле у стены и, робко подтянув под себя ноги, стала ждать хозяина комнаты.

Мне, казалось, я могу прождать его всю ночь. Но здесь настолько остро ощущалась энергетика Вадима, что я, видимо, без воли начала расслабляться. Ведь она несла чувство безопасности, покоя…

Я не заметила как отключилась. И я не знаю, сколько часов проспала на этом кресле в одной позе, прежде чем меня разбудил строгий голос:

– Что ты здесь делаешь?

Резко распахнув глаза, я растерянно уставилась на высокий, темный силуэт надо мной, часто моргая от света.

Из-за всплеска адреналина в теле ощущалась тотальная слабость, и даже онемение. Сознание неохотно выпутывалось из сна, поэтому я не сразу смогла ответить.

– Я… – прохрипела я неуверенно. С трудом поменяв положение, слегка тряхнула головой, стараясь прийти в себя. – Я проснулась, и… в комнате никого не было. А потом… потом я поняла, что не смогу уснуть… Мне очень страшно спать одной!..

Мое сбивчивое признание, кажется, совсем не тронуло Вадима. Он продолжал буравить меня утомленным, но требовательным взглядом, будто я несла какую-то чушь.

– А меня ты, значит, не боишься? – вдруг холодно спросил бандит, и мурашки выступили на моей коже.

Я уставилась на него в ступоре, ощущая, как внутренности стягиваются в комок. Замешательство тормозило мысленные процессы. Я не могла самой себе объяснить, с чего решила, что имею право приближаться к нему без опасений?.. Почему подсознательно так доверяла сыну Астахова и тянулась, как к единственному свету в холодной тьме?!

Вадим понял, что не услышит от меня ответа и, поджав губы, отошел от кресла.

Ком сковал горло. Хотелось сквозь землю провалиться... Коснувшись взглядом широкой мужской спины, облаченной в рубашку, я спустила на пол затекшие ноги, едва сдержав стон. Тело простреливала боль из-за неудобного положения, в котором я провела не меньше часа, но я категорически не хотела выглядеть еще более убогой.

Это все паника, нервы, сиюминутны порыв – они привели меня сюда! Но сейчас-то я осознавала, что это было очень плохой идеей.

Сжав ладонями подлокотники кресла, я попыталась встать.