Зловещий трофей

Ведь именно он оборудовал под днищем «Хорьха» тайник, а в ночь на 12 февраля по приказу Карла Пфеффера заложил в него три увесистых золотых слитка. И, по заявлению того же генерала СС, о золоте знал только он.

Понимая, насколько может пригодиться описание внешности водителя, сыщики во время свидания с Пфеффером постарались вытянуть из него максимум. Но так уж вышло, что данных оказалось немного.

— Невысок, неказист, сер лицом. Волосы темные. Сутулая спина, довольно сильные, цепкие руки, — перечислил генерал.

— И это все? — удивленно спросил тогда Васильков.

Пфеффер пожал плечами:

— Он всего лишь шофер. Кучер. Вы разве склонны рассматривать водителей, с которыми ездите по делам?.

В чем-то он был прав. Тем более что последний водитель — шарфюрер СС Франц Фишер — обслуживал генерала всего несколько месяцев. Он принял роскошный «Хорьх» после внезапной кончины от язвы желудка предыдущего водителя, молоденького оберштуце СС.

Закусив удила, сыщики взялись выяснять, что случилось с Францем Фишером в госпитале и где он находится в данный момент.

Неразлучная пара Егоров — Горшеня отправилась в одну из структур НКВД — Управление по делам военнопленных и интернированных. Вторая пара Бойко — Баранец умчалась в Главное военно-санитарное управление (ГВСУ), чтоб покопаться в тамошних архивах и разузнать о госпитале, находившемся в 1945 году на восточной окраине Будапешта. Вдруг там окажутся фамилии поступавших раненых? Вдруг будут копии медицинских карточек с пометками, когда и куда направлен после выздоровления?.

Костя Ким тоже рвался в бой, но Старцев осадил его, оставив в кабинете «на телефоне».

— Обещаю прицепить тебя в следующем деле к нашей паре, — сказал майор на прощание расстроенному Киму.

И поехал с Васильковым в отдел «А» НКГБ.

* * *После суетного рабочего дня все они встретились в рабочем кабинете ближе к вечеру, в начале седьмого. Костя знал, что коллеги, скорее всего, останутся без обеда и расстарался, сгоняв в коммерческий магазин и приготовив ужин.

— В документах только две даты. Сам лично прочитал и трижды перепроверил, — отчитывался с набитым ртом Егоров. В одной руке он держал вареную картофелину, в другой кусок ржаного хлеба. — Напротив «Оберштуце СС Ф. Фишер» стоит дата пленения — «12 февраля 1945 года». Потом напротив «выбыл» дата «13 февраля». И все. Я спрашиваю архивариуса, что значит «выбыл»? Отпущен, расстрелян, переведен в другое ведомство? Он пожимает плечами: не знаю, все что угодно, если нет конкретной отметки…

Пока Василий чистил сваренное вкрутую яйцо и посыпал его крупной солью, Горшеня дополнил:

— Обошли все структурные подразделения архива Управления по делам военнопленных. В двух ответы получили сразу, в одном приняли заявку и предложили приехать за ответом завтра.