Порванная струна

 – А, Сонечка, это ты! Темнота такая, я даже испугалась. Опять Вовка с седьмого этажа лампочку разбил.

Леся явно прекрасно чувствовала себя в темноте и уверенно тащила хозяйку к выходу. Соня покосилась через плечо – она ожидала, что собака остановится перед бесформенным сгустком темноты, залает, но Леся спокойно пробежала мимо – должно быть, так спешила на улицу, что всякие мелочи вроде притаившегося в темноте убийцы ее совершенно не интересовали…

«Боже мой, какая же я дура! – подумала Соня. – Навыдумывала себе невесть каких страхов… Наверное, просто нужно больше бывать на воздухе, а в идеале – отдохнуть хотя бы неделю…»

Она нажала кнопку пятого этажа.

Виктория посмотрела на Надежду взглядом революционного матроса, ткнула окурок «Беломора» в какое-то химическое блюдечко и поправила вечно сползающие круглые очки. Эти круглые очочки она, кажется, ни разу не меняла со школьной скамьи, но вот «Беломор» в школе, конечно, не курила.

«Где она умудряется доставать «Беломор» в наши-то дни? – подумала Надежда с недоумением. – Специально для нее, что ли, производят? Сейчас ведь любого импортного курева навалом, зачем же травиться такой дрянью?»

– Надя! – громко и значительно произнесла Виктория. – Как ты себя чувствуешь?

– А что? – Надежда испуганно полезла в сумочку за зеркалом. – Я плохо выгляжу?"

"– Да нет, – отмахнулась Виктория, которая никогда в жизни не обращала внимания на свой или чужой внешний вид, – ты с этим цветком долго сосуществовала?

– Долго – что? – переспросила Надежда. – А, нет, совсем недолго. А что – это какая-нибудь жутко ядовитая орхидея?

– Да нет. – Виктория пожала плечами. – Я в цветах вообще не разбираюсь, понятия не имею, что это за цветок. Но вот на его листьях и особенно в почве я нашла следы очень редкого и очень опасного яда – флюосцина. Сейчас концентрация заметно снизилась, но все равно опасна. А судя по результатам анализа, недели две назад содержание яда было таким, что запросто могло создать в замкнутом помещении смертельную концентрацию…

– Что ты говоришь? – Надежда уставилась на Викторию горящими глазами. – Смертельную для человека?

– И для человека, и для собаки, и для лошади…

– И для кота?! – машинально уточнила Надежда.

Виктория вместо ответа взглянула на нее как на душевнобольную.

– При чем тут кот? Твое счастье, что недолго. При более длительном контакте начинаются симптомы, сходные с гипоксией… с кислородным голоданием. – Виктория поспешила перевести латинский термин.