Порванная струна

Я, говорит, знаю, как с этой сволочью бороться…

– Кто же мог предполагать… – протянула Надежда.

– Да, а меня вот совесть отчего-то мучает… – вздохнула Зинаида Павловна, она вообще очень много вздыхала. И выглядела не очень, но Надежда отнесла это на счет расстроенных нервов. Еще бы, не каждый день соседи скоропостижно умирают!

– Просидели мы так два часа, а потом милиция дела свои закончила и собираться начала. Спрашиваем мы, что дальше будет, а они и отвечают, что дверь сейчас опечатают при свидетелях, при нас то есть. А когда хозяева вернутся, им ключи отдадут. Вот так, значит. Тут я и попросила разрешения цветок на время взять – погибнет ведь без полива. Они с подозрением на меня поглядели, но разрешили. Хотя что цветок, если хозяйка погибла… – Зинаида опять повесила голову. – Очень тяжелая там атмосфера, от милиции, что ли, – размышляла Зинаида. – Как пришла я домой, так и слегла. Слабость такая, голова болит, перед глазами круги красные.

– Ну, приободритесь, – возмутилась Надежда, – вы же всегда держались молодцом!"

"– А Ивану Феоктистовичу вечером «неотложку» вызывали, – сообщила Зинаида, – сказали – спазм сосудов…

«Совсем расклеились старички», – подумала Надежда, но вслух ничего не сказала, чтобы еще больше не расстраивать Зинаиду.

Она распрощалась с хозяйкой, сказала, что позвонит завтра, и заторопилась домой.

«Однако что такого полезного я выяснила? – размышляла Надежда, торопливо обходя лужи. – Единственный человек, который мог что-то рассказать про убитую Марианну Ковалеву, сам сыграл в ящик. Хотя, возможно, Аня ничего и не знала про убийство Марианны. То есть знала, что ее убили, но никак с этим не связана. Но вот совпадение смертей…»

В своей богатой криминальными загадками жизни Надежда Николаевна Лебедева привыкла не доверять совпадениям. Но в данном случае приходилось смириться, потому что всем известно, что болезнь придет – не спросит. И запросто может поразить как столетнего старика, так и двадцатичетырехлетнюю молодую женщину. С меньшей вероятностью, конечно, но может.

«Вот если бы она была убита ножом… – почти мечтательно подумала Надежда, – или ее бы задушили… тогда можно было бы сначала поразведать кое-что самой в этом направлении, а потом идти к следователю Громовой, предъявить ей фотографии дома и обратить ее внимание на тот факт, что подруга убитой Марианны тоже убита. Но девушка умерла от инсульта, и нет никаких доказательств насильственной смерти. А жаль…»

Тут Надежда рассердилась на себя за неуместные мысли и заторопилась домой к коту, потому что муж, как обычно, должен был прийти сегодня поздно.

В голосе скрипки звучало глубоко затаенное страдание, горечь одиночества, трагедия неразделенной любви.