После

— Поэтому и войска в расположениях оставались, типа чтобы не спровоцировать. Думали, что так на тормозах все и спустится. А потом вдруг раз — и прилетело. В общем, вызвали меня, приказали взять разведвзвод и на машинах выдвигаться в Касимов. А там в два спецвагона пересели, машины просто бросили. Маршрут дальше был, и тут приказ разгрузиться по пути поступил. Разгрузились. Вагоны на станции отцепили, придали другому составу, а как мы тронулись, через несколько часов и долбануло. Вот и все.

— А не вернулись за грузом почему?"

"— Я тогда еще служил, хранил военную и государственную тайну. Потом уже задумываться начал, но был далеко, да и прикидывал, что вывезли все давно. Я Маркелу рассказывал, что случайно в тех краях оказались, вот и решил глянуть.

— И что?

— Да то, что здание подрывники специально сложили. А если так сделали, то с какой целью? Если груза нет уже.

— Проверить бы сгонять, — сказал красномордый. — Для начала. Не объяснять что там, пусть просто глянут. Что скажешь? — повернулся он ко мне.

— Тут вот какое дело, — я посмотрел ему в глаза. — Я как место покажу, так и не нужен стану. Не подходит мне такое. Поэтому и люди мои уехали.

— Разъясни, — потребовал Хан.

— Тут просто все. Если нас разом взять, то и выпытать несложно, так? А если не взять всех, а только меня, то вам надо учитывать факт, что там люди недовольные в лесу. Опытные люди. С минами, тротилом и граниками. Тогда меня трясти уже невыгодно, дешевле дружить.

— За нами беспредела не водится вообще-то, — сказал Хан.

— Я тут человек чужой, новый, всех раскладов не знаю. Мне осторожным нужно быть.

— И как сделать хочешь?

— Я аванс возьму. Сто тысяч. Отдам своим людям, а они с ним уедут, — я говорил медленно, отделяя каждую фразу. — Сам с вами останусь, чтобы не думали, что порожняка прогнал. Если что не так, с меня и ответ. А если подвал вскрываем и все на месте, хочу десять процентов.

— А если не на месте?

— Меняете меня на свои бабки.

— Тогда мало получится, если просто лавэ назад. У нас расходы будут.

— Вот в натуре, — закивал Бачила, — мы тогда лавэ теряем, а ты при своих.

— Я других вариантов не вижу. Сверху нам накидывать особо нечего, так что проще и не заводиться.

Хан посмотрел на деда в очках, тот чуть подумал и сказал:

— Да правильно говорит, если за большой куш трем, загоняться за проценты несолидно. Он же тоже на нервяках будет, если что не так, то ливера вынем. Ровный расклад. А так гостя нашего на кровное свое поменяем, все в елочку.

Дед тут, похоже, за главного блюстителя понятий. Интересно, кто он такой, так ведь и не представил никто.

— Пять процентов, — сказал Бачила и показал пять пальцев. — Пять. И при обломе просто бобули обратно.

Я сделал вид, что сильно задумался, затем кивнул:

— Согласен.