После

Сто кусков вперед, пять процентов после. Если облом, то бабки возвращаем. На место едем сразу, разведывать там нечего, просто развалина панельного дома, трех этажей. Подъезд нормальный, технику развернуть можно. Если с утра начать, то за день можно справиться, я так думаю. Ну, за два, может быть, никак не больше.

— Как-то легко ты на пять пошел, — сказал Хан.

— Есть причина.

— Разъясни.

— Это все равно много. Плюс сто косых. С этим осесть можно, хватит уже по лесам гонять.

— Здесь осесть хочешь?

— Место понравилось. И коммерцию открыть можно. Или прислониться к кому-нибудь. Пора, а то ни жизни, ни бабы, устали уже.

— Ладно, давайте по второй. — Бачила сам взял бутылку и наполнил рюмки, причем начал с меня, вроде как с гостя. Из чего я сделал вывод, что переговоры пока идут удачно. А почему им неудачно идти? Куш такой светит, что не удержатся они, все равно туда попрут, причем все. И даже Зураб, как мне кажется, все равно в этом деле обозначится. Вот такая у меня уверенность имеется.

Когда подали горячее, тот самый эскалоп с хорошим гарниром, Бачила сказал:

— Раз ты остаешься, то на мою хазу переходи. И тебе за гостиничку башлять не надо, и мне спокойней.

— И что, взаперти там сидеть?

— Ну чё сидеть? — он вроде даже чуть оскорбился. — Не чалка, как человек поживешь. И баб води, не вопрос, — он ухмыльнулся. — И тут шкур полный дом, иди да харь, для правильного братка не жалко. Лучше, чем по диким хуторам ночевать.

— Или вон всей кодлой на Прокопову точку заезжайте, — засмеялся красномордый. — Там теперь свободно.

— Не, бойцы пока сами поживут, — отказался я с улыбкой, показывая, что гостеприимства не отвергаю, но у нас свои планы. — А вот домик бы я снял какой, может, даже и под будущее. Чтобы тачку на двор загнать и все такое. С баней бы.

— Это к Семенычу как раз, — сказал Бачила, кивнув на красномордого. — Есть у Монгола что под сдачу в центре?

— Должно быть, — тот задумался. — По Третьей Пролетарской все хаты его. А если реально соберетесь сюда на жительство, то без шуток базу Прокопа бери, там все чики, и никто не претендует.

Да, теперь уже точно никто не претендует.

— Ты завтра с утрева… ты же в «Березке», так?

— Так.

— Я пацана подошлю, он тебя проводит и все обскажет, где и как. Колов триста готовь на месяц, примерно.

* * *Я досидел до конца ужина с этой компанией. Сидели неторопливо, пили умеренно, наркотой никто не баловался. Не тот уровень. Разве что Семеныч пил чуть больше других и еще сильней краснел рожею. Он мне все же «черной мастью» не казался, из других он. Если Монгол бывший хозяйственник калининский, то этот… черт его знает, кто он такой, но не уголовник в прошлом. Да и язык у него хоть и с примесью фени блатной, но иной, видно, что просто от окружения нахватался.