После

Грохнут обоих, и что тогда с того, что остальные где-то? Никто и не узнает, кто именно нас завалил. Не убедил я их, решили, что это мы Прокопа с его бандой сложили. Или просто кто-то видел, как я в Торжке в отдел ходил, а тут опознал.

Нет, ни хрена.

— Один пойду, — сказал я. — А ты наоборот свали куда-то пока…

— Куда?

— А на Московское шоссе, где завод ЖБИ. Он пустой, встань там где-нибудь на территории. Я пешком дойду. Часов до семи жди.

— Понял.

— Если не приду, то сваливай. Поменяй уазик на «козла» и уезжай, так проще проскочить будет. Уазик там оставь, на всякий случай. Мое барахло все и оружие в кузов кинь.

На следующий день Славян смылся пораньше, а я пошел пешком в сторону Цнинской набережной, благо недалеко совсем. Похрен, что там Хан сказал, мы «печенеги», под ним не ходим и сейчас под него не идем. Мы сотрудничество предложили, не более чем. Место тут его? Так мы и не возражаем, пусть себе его.

На этот раз перед домом охраны не было, а вот машин хватало, съехались на поговорить, похоже. И возле машин братва курила, общалась. Опять на входе забрали пистолет и большой нож, опять не нашли ножа маленького, а заодно и рояльной струны в поясе брюк.

На этот раз собрались в столовой размером с актовый зал, жил Хан на широкую ногу. Собрались давно, позвали меня на самом деле не обедать, со стола прислуга уже убирала, выставляя разве что чай и какие-то сладости. На десерт пригласили, короче. Или место так указать решили, или сначала разговаривали сами. Потому что за столом сидели и Хан, и Бачила, и Семеныч, и еще один человек — пожилой, даже старый кавказец с худым носатым лицом. Судя по занимаемому месту, это Зураб и есть. Маркел отсутствовал, но дед в очках никуда не делся. Сегодня на нем был синий свитер с высоким горлом, но выглядел все равно лагерной одеждой, тут уже ничего не исправишь.

— Садись, чаю с нами попей, — пригласил за стол Хан после приветствий. — Зураб, это Серый, за кого разговор был. Что один пришел, двоих же приглашали?

— Славяну сгонять в одно место сегодня надо, ждут там. К вечеру только вернется.

— Это к братве твоей, что ли? — спросил Семеныч.

— К ним. У нас график контактов, нарушать нельзя. Вы, уважаемые, решили что-нибудь? — решил я дальше сироту не изображать.

— А то сам начнешь? — усмехнулся Хан.

— Пойду другой заработок искать. К зиме сюда вернусь, зимовать как раз. Можете думать не спеша. Без вас все равно не выкопаю.

— А если тебя мусора где-то завалят, кто выкопает?

— Тогда лежать останется, где сейчас лежит.

— Так нам не в мазняк, — он снова усмехнулся. — Но проверить мы все же должны.

— Как?

— Мы разведку пошлем, — сказал Зураб, если это он, конечно. Но «чайка» у ворот стояла. — С тобой.

— Был вроде бы разговор. — Я посмотрел на всех поочередно. — Разведка место узнает, дальше я не нужен.