Посмертная месть

Выпить за хороших людей не грешно. Нас так мало осталось!

— А тот, кто сегодня пьет не с нами, тот сам дурак, — подлаживаясь под компанию, ни к селу ни к городу брякнул красавец.

Заметив, что Надежда брезгливо усмехнулась, Голубев тотчас спросил:

— Кто это?

— Любовник Тарасовны. На двадцать лет моложе старухи. Всегда невпопад глупости ляпает.

— Откуда такой «умник» взялся?

— То ли из милиции, то ли из налоговой полиции. Точно не знаю.

От стола юбилярши объектив видеокамеры приблизился к заигравшему оркестру. У микрофона появилась «Блондинка с роскошным бюстом». По просьбе именинницы она довольно артистично исполнила романс «Белой акации гроздья душистые». Сорвав шквал аплодисментов, улыбнулась и задорным голосом запела песенку, в которой под грациозное притопывание туфельками повторялся припев:

А я любила, а я мечтала,

Что выйду замуж за генерала.

И я бы вышла за генерала.

Да генералов на свете мало…

— Коль, это же Верочка Портнягина! — вдруг воскликнула Надежда.

— Конечно, она, — сказал Николай. — Только груди у нее почему-то сильно распухли.

— Наверно, силиконом накачала, — будто ничего не ведая, сказал Слава.

— Ох, дуреха, — осуждающе вздохнула Надежда. — Любовница младшего сына именинницы. На загляденье обаятельная девочка была. Теперь испортила всю фигуру.

— Зато под вкус Вадима подстроилась, — усмехнулся Бормотов.

— За Вадимовым вкусом Вере не угнаться. У него семь пятниц на неделе.

— Не наезжай зря на мужика. Вадим — не Джон, любовниц не меняет.

— Нашел с кем сравнивать. Негр вообще сексуальный маньяк.

За Портнягиной к микрофону потянулись другие девицы. Все они откровенно подражали примелькавшимся на телеэкранах эстрадным дивам, да и между собой различались, пожалуй, лишь нарядами. Портнягина, как приметил Слава, заметно выделялась среди них не столько внешними данными, сколько естественной манерой поведения и явно дарованной от природы своеобразной грациозностью.

После эстрадных выступлений началась танцевальная тусовка. Увидев среди беснующейся толпы впавших в плясовой раж Красноперова с Портнягиной, Надежда спросила:

— Коль, кажется, это твой знакомый биатлонист чудачит?

— Ну, — ответил Бормотов.

— Не поздоровится чудаку, если и дальше будет так откровенно соблазнять Верочку.

— Не делай ты из Вадима монстра.

— А вот попомни мои слова…

Голубев только было хотел вклиниться в заинтересовавший его разговор, но на экране внезапно появился голубоглазый негр и, белозубо улыбаясь, объявил о начале конкурса «Мисс Груди».

— Фестивальный Джо без эротики обойтись не может, — брезгливо сказала Надежда.

— Это старший сын хозяйки казино? — спросил Слава.

— Он самый, гениальный шулер Джон Корягин.