Посмертная месть
"…Телефонный звонок о вооруженном нападении на пассажирский автобус раздался в дежурной части районной милиции среди ночи… Представшая глазам оперативников картина оказалась удручающей. Шофер и один из пассажиров были застрелены прямо в автобусе. Третий труп лежал лицом вниз на обочине трассы…". Это и ряд других кровавых преступлений, обрушившихся на тихий районный городок, предстоит распутать Антону Бирюкову и его коллегам — неизменным героям романов Михаила Черненка…
Девушки неопределенно пожали плечами.
— Догадываюсь, что, расстреляв Красноперова, киллеры по окраине райцентра выехали вновь к дороге на Раздольное и по ней — на трассу…
— Другого пути у них не было.
— А откуда ехал Красноперов?
— Со стороны Кузнецка. На посту ГАИ у Таежного его джип знают и видели, как незадолго до ЧП Всеволод заправлялся там у бензоколонки.
— Киллеры тоже прекрасно знали джип «Судзуки», если расстреляли его с ходу."
"— В этом нет сомнения. Гнались за ним, видимо, от самого Кузнецка. Чтобы не засыпаться на посту возле Таежного, свернули к райцентру у Раздольного.
— Если бы не подъезжали к винному магазину, встреча их с Красноперовым произошла б на дороге где-нибудь между райцентром и Таежным без свидетелей. Тогда бы мы даже не узнали модель машины преступников. Сплоховали, выходит, киллеры, а?..
— Это как сказать. Если бы Красноперов не задержался при заправке джипа у Таежного, он бы приехал к магазину раньше «ауди».
— Получается, что убийцы хорошо ориентировались на местности?
— Без наводчика, знающего наши пути-дороги, это преступление явно не обошлось.
— Но зачем после расстрела Красноперова киллеры запустили автоматную очередь в переулок?
Следователь развел руками:
— Этот вопрос по-прежнему остается без ответа.
Голубев стал рассматривать растеленный на столике план райцентра. Как будто рассуждая вслух, заговорил:
— Вот улица Полярников… Здесь расстреляли Всеволода Красноперова и его симпатичную спутницу Верочку Портнягину… Вот безымянный переулок… Куда он ведет?.. На улицу Гражданскую, а там… Что там?.. — Слава, хлопнув себя ладонью по лбу, посмотрел на Лимакина, потом на Бирюкова.
Бирюков улыбнулся:
— И на его доме надо установить мемориальную доску?
— Без шуток, Игнатьич, меня озарила внезапная догадка! Я только что видел Витюшку, когда он вышел из аптеки. Купил там бинт и вату якобы для мамки, которая поранила ногу. По тому, как Синяк при разговоре не смотрел мне в глаза, думаю, что это ложь. Не подстреленный ли в переулке дружок залечивает рану у Вити?..
— Далеко от переулка дом Синякова?
— Рядом, прямо на углу.
— Догадка хорошая.
— Значит, надо действовать! — вдохновился Голубев. — Давай, Игнатьич, санкцию на обыск у Синякова, и я с группой захвата немедленно отправлюсь к нему.
— Обойдемся без «захватчиков», — сказал Бирюков. — Втроем поедем…
Минут через двадцать после этого разговора прокурорские «жигули» остановились на улице Гражданской у бревенчатого домика с полуразвалившейся надворной постройкой. Оставив шофера в машине, Бирюков с Лимакиным и Голубевым направились в жилище Синякова.

















