Бог Боли

Ее лицо снова начинает расплываться, меняться, превращаясь в лицо, которому не место здесь.

Я ругаюсь себе под нос, разворачиваюсь и ухожу.

Не только из комнаты, но и из клуба, на улицу.

Я иду до скалистой части пляжа, где несколько человек и пар снуют туда-сюда. Я запрыгиваю на дальний камень и сажусь там, опираясь на ладони.

Мой взгляд устремлен на волны, которые разбиваются о зубчатые скалы в симфонии насилия.

Я всегда был склонен к жестокости. Будь то подземные бои или причинение сексуальной боли. Именно поэтому я лажу с морально черными людьми, такими как Илай и Лэндон.

Именно поэтому я обычно участвую в любом адреналиновом беспределе, который они затевают. Мне нужна эта безумная энергия и чистое безумие, которое приходит вместе с ней. Так я выживаю каждый день.

Я остаюсь в том же положении более получаса, но досадная причина, по которой я поспешил покинуть клуб, все еще мучает мой разум.

Я достаю свой телефон и набираю сообщение единственному человеку, который сможет объяснить, что за хрень только что произошла.

Крейтон: Что значит, когда ты видишь лицо другой девушки на лице той, которую собираешься трахнуть?

Я говорю «трахнуть», чтобы не упоминать о порке.

Мой двоюродный брат по материнской линии отвечает почти сразу.

Ремингтон: Это значит, что ты должен был трахнуть другую девушку. Ту, чье лицо ты видел, потому что твой член хочет ее, а мы всегда позволяем нашим членам решать, кто им нравится. Это самое простое и логичное объяснение. Ну же, отпрыск, моя светлость учила тебя этому.

Крейтон: Меня даже не привлекает другая девушка. Она не в моем вкусе.

Ремингтон: Вкусы переоценивают.

Моя челюсть сжимается, и я отказываюсь воспринимать слова Реми как факт. В конце концов, я единственный, кто считает его мудрым. Все остальные просто ищут его, чтобы повеселиться, а не советов.

Он, наверное, самый уравновешенный из всех нас, но опять же, он единственный в доме, чья фамилия не Кинг.

Ремингтон: И грубо, кстати, ты игнорировал меня прошлой ночью.

Я выхожу из чата, снова начав игнорировать его.

Но прежде чем закрыть приложение, я захожу к другому человеку, которого я игнорировал последние пару недель.

Анника.

Мой палец скользит по ее бесконечным сообщениям. Некоторые из них рассказывают мне о ее любимой музыке — классической. Ее любимый фильм — «Гордость и предубеждение», все версии. Ее любимая еда — пицца, которую она не часто ест из-за своего дисциплинированного распорядка. Некоторые из них — ее селфи.

Они прекратились после того, как я проигнорировал первые несколько.

Ее последнее сообщение было написано до того, как я намеренно потерял контроль над собой.

Преднамеренно, потому что я хотел оттолкнуть ее.