Бог Боли

Кипучая энергия доходит до меня волнами, когда два техника, Гарри и Зои, и один из волонтеров, Сэнди, американка, которая учится в университете моего брата, стоят там, практически приклеившись носами к стеклу.

Я подхожу к ним ближе и останавливаюсь, когда вижу сцену, которая повергла их в состояние завороженного шока.

Снаружи Крейтон снял рубашку и поднимает два тяжелых пакета с кормом для животных за раз.

Его пресс вздувается от усилий, а пот блестит на отточенных мышцах. Татуировка в виде паука покрывает его левый бок, перетекая в линии в форме Адониса на его прессе.

Обычно пауки выглядят жутко, но на нем они... загадочны, маскируют что-то гораздо более глубокое.

Его джинсы низко висят на бедрах, обнажая V-образные линии, которые спускаются вниз...

Вниз...

Я поднимаю взгляд, когда Сэнди присвистывает.

— Если бы я знала, что он будет добровольцем, я бы приходила чаще. Посмотри на эти мышцы.

— Я знаю, что он на несколько лет моложе меня, — говорит Гарри с британским акцентом. — Но я бы с удовольствием подавился его членом.

— Он выглядит так, будто у него энергия большого члена. — Зои обмахивает себя веером.

— Я бы не отказалась от секса сзади в любой день.

— Ты бы хотела, девочка. — Сэнди подталкивает ее плечом свое. — Мы не учимся в одном колледже, но я постоянно хожу смотреть, как он дерется на подпольном ринге. Он как будто на вершине пищевой цепи. Прямо под Иисусом.

— Я бы не была так уверена. — Не знаю, как я говорю отстраненно, когда странный огонь трещит в моих костях. — Он холоден, равнодушен, у него характер Северного и Южного полюса вместе взятых, и он не скажет больше двух предложений, даже если королева лично побеседует с ним.

Все трое поворачиваются в мою сторону, и Гарри закатывает глаза.

— Ему не нужно говорить, если у него есть член. Блядство говорит громче слов, Анни.

— Он натурал, Гарри. — Ну, я думаю так.

— И что? Позволь парню влюбиться. Не будь такой.

— Только вот ты продолжаешь влюбляться в натуралов, и тебе разбивают сердце, бедняжка. — Зоуи смеется.

Он отмахивается от нее, и все снова обращают внимание на Крейтона, пресс которого напрягается, когда он несет очередной мешок.

Грузовик почти пуст.

Ни хрена себе. Он что, действительно сам тащил все эти сумки? Я хотела, чтобы он помог только с некоторыми.

Я не думала, что он сделает все сам.

Через несколько мгновений он выходит из здания, как раз когда солнце выглядывает из-за туч.

Он использует свою руку как щит и смотрит вверх, один его глаз полузакрыт, а другой становится блестящим, жидким голубым.

— Пойдемте, дадим ему что-нибудь попить! — восклицает Зоя. — Я думаю, он хочет пить после всего этой работы.

— Не так сильно, как я. — Сэнди смеется.

— Я дам ему свой энергетический напиток.