Потерянная пара альфы

Еще с минуту выдерживаю паузу, отчего волчица заметно бледнеет, и только потом раскрываю рот.

— Здравствуй, Сэйла.

Сдвигаю хмуро брови, прожигая интриганку недобрым взглядом, отчего она тут же отшагивает назад, и добавляю:

— Спасибо за беспокойство, но помощь мне уже оказали.

Оборачиваюсь к истинной и, подмигнув, мягче сообщаю:

— Милая, познакомься с Сэйлой Борсовой, моей старой знакомой и… парой моего приятеля Цефа Вудова.

— Я не… — моментально вскипает брюнетка, но хватает слегка выпустить силу альфы, и она замолкает."

"— А это, — продолжаю, как ни в чем не бывало, однако, голос повышаю, чтобы присутствующие оборотни, стоящие чуть в стороне, но внимательно следящие за разговором, поняли все правильно, — Амилия Шаева. Моя истинная.

— Иванко, — хмыкает тихонько малышка.

Поворачиваюсь к паре, приподнимая бровь, и тону в сверкающих хитринками глазищах.

— Даже так?

— Угу, — пожимает она плечиками, скрывая в уголках рта улыбку. — Это мамина.

А я расслабляюсь, потому что и моя истинная не нервничает.

— Сэйла, что ты забыла в моей стае? — возвращаю внимание незваной гостье. — Я запретил тебе появляться на нашей территории.

— Но я не имею отношения к тому, что сделал мой отец. Я в этой ситуации оказалась такой же жертвой обстоятельств. Поверь мне!

Чуть наклоняю голову вбок, внимательно наблюдая за игрой актрисы, которая сейчас нагло врет. И думаю лишь о том, догадывается ли об этом Амилия.

— Райдэн, ты не можешь так поступить! — выступление продолжается. — Как можно взять и забыть всё, что межу нами было? Это жестоко!

— А между нами что-то было? — выгибаю бровь, прижимая Амилию к своему боку. — Кроме дружеских выходов в свет? Или считаешь, у меня проблемы с памятью?

Сэйла переводит прищуренный взгляд с меня на мою пару и обратно, и дальше показывает свою настоящую суть.

— Я не желаю… чтобы ты отдавал меня этому мерзкому оборотню. Вудову, — топает она демонстративно каблуком. — Он мне не нравится! Ты долж…

— Чего?

Чуть наклоняюсь вперед, отчего волчица мгновенно замолкает, склоняя голову, и сжимается.

Охренеть, цифра! Требования она решила выставлять.

— Райдэн, пожалуйста, — Борсова моментально меняет тактику: складывает ладошки лодочкой и прижимает их к груди. — Пожалуйста-пожалуйста.

Опупеть.

Лиса, а не волчица.

— Извини, — выдержав паузу, качаю отрицательно головой, — но в дела пары я не лезу. Законы матери-Луны для всех едины.

— Он — противный тиран и деспот! Бессердечное животное. И всего лишь бета! — шипит девчонка, теперь красочно изображая змею.

— Сомневаюсь, Цеф — отличный парень, — обрубаю хамку.

И начинаю все больше сочувствовать приятелю. Такая истинная — это скорее испытание, чем дар небес.