Повенчанные небесами, или Моя маленькая тайна

— Так, мамочка, прекращаем истерику. Смотри, какая у нас красотка! — Мне на грудь положили мою малышку.

— Смотрите! — Прозвучало так громко, что, вместо того чтобы посмотреть на свою дочь, я повернулась в другую сторону.

За окном крупными хлопьями шел снег. Снег в начале лета…

— Снежана… — прошептала я пересохшими губами, гладя по спине, крошечное создание, которое мне подарили небеса.

Глава 13

Богдан— Здаров, дружище! Ты как? — спрашивает Павел, крепко пожимая мою руку.

— Нормально.

— «Нормально», — передразнивает. — А по виду не скажешь.

Здесь я с ним полностью согласен. Это обычная отговорка, потому что ничего нормального в моей теперешней жизни совершенно нет.

— Богдан, ты счастливый мужик. У тебя, вон, семья, дом, пес даже есть, — не унимается Павел, показывая на маленькое лохматое недоразумение с кучей разноцветных бантиков на голове, которое даже и собакой назвать сложно. Противно тявкающее, как резиновая детская игрушка, где попало писающее, и вечно путающееся под ногами создание. По крайней мере я уже несколько раз совершенно нечаянно имел неосторожность «отправить в полет» противную собачонку, решившую проскочить между моих ног, когда я проходил мимо.

— Как там ее? — спрашивает Павел. — Карамелька? Конфетка?

— Ириска, — называю кличку этого лохматого чудовища, скалившего свои мелкие зубешки на Бессонова.

— Точно! Ириска! У-у-у, зверюга.

Павел Бессонов — мой бывший одноклассник и лучший друг. По крайней мере, именно об этом свидетельствовали школьные фотографии, где на многих мы рядом. Сам же я этого ничего не помню, и знаю только из его рассказов, как, собственно, и всю мою прошлую жизнь.

* * *Я очнулся в больничной палате, совершенно не осознавая кто я и как здесь очутился. Молодая девушка и Павел все время были рядом. Они приходили каждый день, и Паша рассказывал мне мое прошлое. Девушка все время держала меня за руку, с надеждой глядя на мое забинтованное лицо и голову. Я почему-то считал, что она моя младшая сестра, но она оказалась невестой. Невестой, которую я совершенно не узнавал. Как мне сообщили, я попал в аварию прямо накануне нашей с ней свадьбы, когда ехал в аэропорт.

— Паша, — позвал я друга, дразнившего собачонку моей жены.

— Бес. Ты всегда меня звал Бес, — снова напоминает мне он, а мне как-то странно называть его таким прозвищем. Павел никак не ассоциируется у меня с нечистой силой, а первый слог его фамилии, еще не повод обзывать человека. — А Пашкой называл, когда мы ссорились.

— Бес… — Я пробую на слух новое сочетание звуков, но никаких моих воспоминаний не появляется. — Ты так и не узнал, зачем я ехал в аэропорт?

— Нет, Дан. Ты ничего не объяснил, сказал, что все расскажешь потом, но…

— Ясно.

— Я думал, что ты опять опаздывал.

— Опять?

— Ну да.