Бог злости (ЛП)

"

"Он определенно не думает о каких-либо эмоциональных последствиях своих действий, учитывая, что у него нет эмоций, и, кажется, он доволен этим фактом.

Он владеет этой частью себя, гордится ею и использует ее для совершения развратных поступков, таких как сегодняшняя охота.

Например, вырубить тех людей и выследить меня, как животное.

Могу ли я когда-нибудь почувствовать себя в его присутствии чем-то большим, чем животное? И что я могу сделать, чтобы он потерял ко мне интерес? Если Илай и Лэн —подают хоть какие-то признаки, то у его него короткий промежуток внимания ко всему.

Если только мы не говорим об Илае, когда речь идет об Аве.

Или Лэн, когда речь идет о скульптурах.

Но эти увлечения начались довольно рано как для Илая, так и для Лэна. Они практически выросли вместе с их личностями, поэтому их нельзя сравнивать с внезапной фиксацией Киллиана на мне.

В конце концов, ему надоест, и он переключится на какую-нибудь другую несчастную душу.

Он должен это сделать.

Иначе я полностью и окончательно обречена.

— О чем ты думаешь? — Его ровный голос кружится вокруг меня, когда он зацепляет пальцами край моего топа и притягивает меня к себе. Я начинаю понимать, что ему нравится постоянно прикасаться ко мне каким-то образом.

— Эффект, о котором однажды упомянула Сесили.

— И что это такое?

— Ты когда-нибудь слышал об эффекте подвесного моста? Это когда люди испытывают психологические реакции, связанные со страхом, но ошибочно считают их романтическим возбуждением. На самом деле этот термин называется «неправильная атрибуция возбуждения», я думаю.

Его пальцы поглаживают кожу моего живота круговыми движениями, и он хмыкает:

— Дай угадаю. Твой маленький занятой мозг думал об этом как о способе избежать того, чтобы на самом деле хотеть меня?

— Я совершенно уверена, что не хочу тебя. Я уже говорила. Моя реакция на тебя — это, вероятно, я неправильно оцениваю страх и тревогу как возбуждение. Подумай об этом. Каждый раз, когда ты прикасался ко мне, мне было как-то страшно.

Чем больше я об этом говорю, тем больше в этом смысла. Я бы ни за что не захотела этого ублюдка, в теле которого нет ни одной человеческой кости.

— Разве ты не умная? — Он тянет за мой топ, и я с воплем ударяюсь о его грудь. Он поднимает другую руку и заправляет прядь волос мне за ухо. Этот жест кажется заботливым, но в нем чувствуется угроза. — Ну и что, если это страх? Главное, что ты хочешь меня.

— Это не реально. Это иллюзия.

— Если тебе так будет спокойнее спать по ночам, пусть будет так.

— Я могу хотеть кого-то другого, если я почувствую страх в его присутствии или увижу его после того, как испугаюсь.

— Поверь мне, маленький кролик, этого не произойдет. Только если ты не хочешь, чтобы на этой безупречной коже остались брызги его крови.