Бог злости (ЛП)

Теперь доволен?

Блядь. Я чуть не кончил в штаны от ее редких грязных разговоров.

Киллиан: Надо было попросить тебя сказать, что ты моя.

Глиндон: Ни за что на свете.

Я стучу указательным пальцем по задней стенке телефона, чувствуя, как сжимаются сухожилия моей челюсти.

Эта ее сторона заставляет меня хотеть совершить гребаное убийство.

Мой телефон снова загорается, и я думаю, что это она, но это сообщение из группового чата Язычников.

Николай: Я говорю, одержимость Киллиана Глин дергает за мои несуществующие сердечные струны. Думаешь, он позволит мне трахнуть ее, когда закончит?

Киллиан: Иди, трахни труп, и пока ты здесь, превратись в него, пока я тебя не нашел.

Николай: Йоу, ублюдок, ты меня не заблокировал?

Джереми: Он разблокировал тебя, чтобы посмотреть, как ты разбойничаешь и нарываешься на неприятности. Прощай, засранец.

Николай: Что за гребаный RIP? У Киллиана внимание как у комара, и он отпустит ее до начала экзаменов. Что плохого в том, что я получаю объедки? Я делаю это по очень важной причине.

Киллиан: Скрести мое сердце и надейся умереть, кузен. Единственные остатки, которые ты получишь, это твои яйца после того, как я засуну их тебе в глотку. Я серьезно, брось это нахрен.

Николай: Стоп. Погоди. Ты только что угрожал моим яйцам убийством из-за киски? Кто ты такой и что ты сделал с нашим наследником Сатаны?

Гарет: Прекрати, Нико. На этот раз все по-другому.

Я тоже хочу вцепиться брату в глотку, но это только испортит мне настроение, поэтому я сую телефон в карман и выезжаю из КЭУ."

"Через несколько секунд после того, как я выезжаю из главных ворот, я чувствую, что что-то не так. За мной едет машина.

Нет, две.

Пять.

Черт.

Я сворачиваю вправо и еду по грунтовой дороге, но проходит всего несколько секунд, как мне в лицо ударяет ослепительный свет.

Машина — или что-то больше, грузовик — мчится прямо в мою сторону с включенными ослепительными фарами. Я не пытаюсь уклониться, потому что врежусь в другие машины.

Я не пытаюсь смягчить удар, я даже нажимаю на газ. Хотите безумия? Я дам вам чертово безумие.

Последнее, что я слышу, это громкий треск и звук подушки безопасности, когда она отбрасывает мою голову назад.

Горячая жидкость стекает по моему лбу, а моя шея остается в откинутом назад положении.

Я не уверен, нахожусь ли я в сознании, без сознания или между ними, но я чувствую резкий укус боли, когда меня выдергивает из машины.

В воздухе звенит очень знакомый, очень раздражающий голос.

— Твои семь дней истекли, ублюдок.

В ушах звенит шум, похожий на подземный, а за моими оранжевыми веками пролетают теневые фигуры.

Я медленно открываю их, и внезапная пульсация пронзает мой череп.

Ублюдок.

Я не испытывал такой боли с тех пор, как группа неудачников набросилась на меня в старших классах.