Бог злости (ЛП)

Мы не можем позволить ей пропустить удовольствие, нет?

Стон — это все, что я могу выпустить, потому что я вот-вот снова упаду. Как раз когда я на грани, он вытаскивает свой член из меня.

Мой стон разочарования эхом отдается в воздухе, а ублюдок имеет наглость хихикать.

— Не будь жадным кроликом. Мы должны и твою задницу немного поласкать.

Он толкает меня на четвереньки, но я все еще держу карандаш на бумаге. У меня все сжимается внутри, когда он раздвигает ягодицы и вводит два пальца внутрь. Я прикусываю губу, привыкшая к подобной игре, когда он входит в меня. Только теперь он добавляет третий палец и растягивает мою заднюю дырочку до тех пор, пока переизбыток ощущений не разрывает меня на части.

Другая его рука скользит по моему возбуждению к заднице снова и снова, пока я не начинаю извиваться и бить бедрами. В тот момент, когда я думаю, что кончу от того, как он растягивает меня, его пальцы исчезли.

— Это может быть больно. — Его член проскальзывает между ягодицами и входит внутрь одним движением.

Я физически дергаюсь вперед со стоном, слезы проливаются на ковер. Это слезы облегчения, понимаю я. Я определенно сломлена, потому что испытываю огромное облегчение от того, что он не успокоился.

И я плачу сейчас от боли и ощущения того, что я полностью в его власти, что я не могу найти выход.

— Шшш, расслабься. Не выталкивай меня. — Он покачивает бедрами и делает неглубокие толчки, которые вновь пробуждают мое прежнее возбуждение. Я покачиваю бедрами, выгибая спину. — Вот, это моя гребаная девочка.

Он находит свой ритм и вколачивается в меня с настойчивостью, которая пробирает меня до костей. Каждое мое существо настроено на него, на его мощь, на его силу.

И я не могу убежать от него, я понимаю.

Хуже всего то, что я не думаю, что хочу сбежать.

Может быть, в глубине души я никогда и не хотела.

— Твоя задница так же хороша, как и твоя киска, детка. Чувствуешь, как она заглатывает мой член? — Он немного выходит, затем снова входит. — Ты принадлежишь мне. — Толчок. — Эта задница принадлежит мне. — Он вводит три пальца в мою киску. — Эта киска тоже моя. — Он хватает меня за челюсть и вводит указательный и средний пальцы между моих губ. — Этот рот первый стал моим. — Оставшимися пальцами он поднимает мою челюсть вверх, так что я уставилась в зеркало, затем он тянет меня так, что я прижимаюсь спиной к его груди, и его зубы прикусывают мочку моего уха, прежде чем он пробормочет мрачные слова. — В следующий раз, когда ты скажешь, что того, что я предлагаю, недостаточно, я хочу, чтобы ты вспомнила этот вид. Я хочу, чтобы ты помнила, как каждая часть тебя, блядь, моя.

Со мной покончено.

Я не протяну.

Я не могу.

Он заполняет меня так, как я никогда раньше не чувствовала, и это не только физически. Я готова ко всему остальному.