Бог злости (ЛП)

Он на год старше меня и настолько тихий, что его голос едва слышен, но это не следует принимать за застенчивость. Этому маленькому засранцу просто наплевать на всех.

И вообще на все.

Его молчание — всего лишь проявление его скуки. И каким-то образом это привлекает к нему все внимание в кампусе, а он даже не пытается. Так было с тех пор, как мы учились в средней школе.

Это, а также тот факт, что он много дерется.

И хотя его резкие черты лица и пронзительные голубые глаза имеют отношение к его популярности, именно его позиция «мне плевать» заставляет девушек таять от него быстрее, чем сыр на пицце.

Чем больше он их игнорирует, тем более популярным он становится. Реми это не нравится, так как Крей отнимает у него статус «золотого мальчика».

Они оба специализируются на бизнесе — Крей на втором курсе, а Реми на четвертом. Нет нужды говорить, что девушки в бизнес-школе падают на колени, чтобы получить хоть каплю их внимания.

Я росла с этими парнями всю свою жизнь. Наши родители дружили с тех пор, как они учились в школе, и мы продолжаем это наследие.

Когда вы являетесь детьми родителей, обладающих статусом богов, вы учитесь держаться вместе. Чтобы как-то противостоять давлению таких родителей.

Это одна из причин, почему мы близки по природе. В каком-то смысле, Реми и Крей ничем не отличаются от Лэна и Брэна.

Ладно, может быть, только Брэна. Лэн находится в своей собственной лиге.

Сесили закатывает глаза на драматический тон Реми.

— И что это может быть за несчастье?

— То, что никто из вас, девочки, не попросил меня подвезти до кампуса. Я даже припас все ваши любимые песни для поездки.

— Это потому, что мы прекрасно умеем водить машину, — говорит Сесили. —Кроме того, ты оставил без ответа сообщение, которое я тебе отправила.

— Moi? – мне? — Он отпускает меня, берет свой телефон и останавливается на месте. — Ни за что на свете... Крей, маленький засранец. Что ты сейчас сделал? Ты взломал мой телефон?

Мой кузен, который стоит по другую сторону от меня, пожимает плечами, но ничего не говорит.

Я поворачиваю голову и вижу телефон Реми, заполненный порнографическими картинками.

— Свинья, — говорю я себе под нос.

Сесили краснеет, и если бы здесь была Ава, она бы назвала ее ханжой, потому что в каком-то смысле так оно и есть. Сесили просто не очень хорошо относится к любым разговорам сексуального характера.

— Ты отвратителен, — говорит она Реми.

— Нет, это Крей. — Реми хватает моего кузена за воротник его рубашки-поло. — Это он взломал мой телефон и записал все это.

Выражение лица Крея остается невозмутимым.

— Доказательства?

— Я выбью всю дурь из твоей задницы, наглый ублюдок.

— Можешь попробовать.

— Я не могу в это поверить! — ворчит Реми.