Бог злости (ЛП)

Никто не будет возиться с моей сестрой, даже ты, слышишь меня?

— Это твой способ попросить о помощи?

— Как я уже сказал, я не просил. Я буду участвовать, даже если мне придется перехватить твою операцию.

— Я плохо реагирую на угрозы..

— А я не очень хорошо реагирую на то, что меня не пускают.

Мы смотрим друг на друга, кажется, целую вечность, прежде чем Брэндон прерывает:

— Разве нельзя решить это по-другому?

— То есть, вместо того, чтобы обезглавливать их, мы разрежем их на куски? — говорю я

Он морщится.

— Нет, я имею в виду вызвать полицию, как настоящие цивилизованные люди?

— К черту копов.

— Это личное, — говорит Лэндон.

— Не уверен, должен ли я радоваться или пугаться, что вы двое заканчиваете фразы друг друга. — На лице Брэндона застыл ужас. — Как насчет того, чтобы договориться со Змеями о передаче Глин того, кто это сделал, чтобы вы оба могли избежать войны? Это явно дело рук одного человека.

— Нет, мне нужны все их головы, — говорит Лэндон.

— Я согласен с этим ублюдком. — Я показываю большой палец в его сторону. — Присмотри за ней и дай мне знать, если что-нибудь случится. Есть кое-кто, о ком мне нужно позаботиться в первую очередь.

Я выхожу из комнаты и хватаю Гарета за воротник.

— Ты следуй за мной. — Лэндон опускается на ступеньку рядом с нами, руки в карманах, выражение лица пустое. Я смотрю на него боковым зрением. — Тебе что-то нужно?

— Это трудно сделать, но притворись, что меня здесь нет.

Я игнорирую его, потому что у меня есть более важные дела, о которых нужно позаботиться.

Мои шаги легкие, почти неслышные, пока мы идем к пристроенному дому. В нем могут жить новые члены. В главный дом их пускают только во время вечеринки или если мы приглашаем их к себе.

Невысокая фигура, одетая в черные брюки и толстовку, крадется к заднему входу.

— Разве она не должна была быть заперта? — спрашиваю я Гарета.

— Так и было, с тех пор как мы сюда прилетели, но она, очевидно, использовала какой-то трюк, чтобы убедить охранников отпустить ее.

Я ускоряю шаг, хватаю ее за капюшон и тяну назад с такой силой, что она вскрикивает. Ее отбеленные светлые волосы рассыпаются в беспорядке, когда я стою за ней, как Мрачный Жнец.

Мои пальцы сжались, и я душил ее капюшоном, пока ее лицо не покраснело.

— Уходишь куда-то, не попрощавшись, Черри? Я так ранен, что, наверное, потом буду рыдать в подушку.

Я ослабляю хватку, но не отпускаю ее, и она кашляет, глядя мне в лицо, затем выдыхает:

— Килл.

— Твой убийца точно. Неужели ты думала, что я не узнаю о твоих глупых маленьких играх?

— Я... я не знаю, о чем ты говоришь.

— Ты прекрасно знаешь, о чем он говорит, — рычит Гарет. — Ты использовала меня, чтобы попасть в клуб и получить доступ к внутренним коммуникационным панелям."

"— Затем ты украла записи с камер наблюдения и передали их.